Музейный вандализм: Грозный убивает сына, а затем "убивают" самого Грозного

В этот день, … лет назад

Двадцать девятого января 1913 года в Третьяковской галерее душевнобольной посетитель изрезал картину Репина "Иван Грозный и сын его Иван".

Он бросился на полотно с криком: "Довольно крови!" и нанес три удара "серповидным ножом садового типа", как писали потом газеты. Все они пришлись на изображение Ивана Грозного.

Вандалом оказался Абрам Балашов – 29-летний иконописец, старообрядец, сын крупного мебельного фабриканта. Ранее он неоднократно бывал в Третьяковке, смотрел картины, был хорошо известен смотрителям. И никто не подозревал, что Балашов ненормальный, так как он вел себя всегда скромно и корректно. И в тот роковой день он тоже поначалу вел себя тихо. Пройдя несколько залов, постоял перед картиной "Боярыня Морозова", что-то шептал под нос. А при входе в зал, где находилась картина Репина, он вдруг преобразился: с неистовым криком бросился к картине и начал наносить удары ножом…

Потом уже выяснилось, что душевная болезнь Балашова – это семейное. Его сестра содержится в городской Алексеевской психиатрической больнице, там же умер брат.

Хранитель Третьяковской галереи Хруслов, узнав о порче картины, в припадке аффекта бросился под поезд. Впрочем, напрасно. Во всех смыслах.

Срочно приехал в Москву автор картины Репин. Увидев изуродованное полотно, он с минуту стоял как окаменевший. Потом начал метаться и причитать:

 – Боже, какой ужас! Какое несчастие!

Его пытаются успокоить, предлагают кресло.

 – Нет, я уже сидел, спасибо, – отмахнулся Репин. А потом с отчаянием говорит художнику Отроухову:

 – Да ведь это же непоправимо!

Репину объясняют, что это не так. И через некоторое время он соглашается, что повреждения все-таки поправимы. "Я сам все исправлю!", – говорит художник.

И, действительно, Репин самолично переписал голову Ивана Грозного… Однако новая живопись сильно контрастировала со старой. Что, впрочем, не удивительно: за 20 лет с момента создания картины манера письма и взгляды художника на живопись сильно изменились. 

После отъезда Репина Игорь Грабарь, возглавлявший Третьяковскую галерею, еще раз внимательно осмотрел полотно. Ему авторская реставрация не понравилась. И тогда Грабарь принял экстравагантное и смелое решение: стер положенные Репиным краски, еще не успевшие высохнуть, и заново отреставрировал поврежденные места. А для вящей убедительности покрыл это место лаком.

Судя по всему, реставрация была идеальной. Спустя какое-то время Репин вновь приехал в Москву. И, конечно, не миновал Третьяковской галереи. Долго стоял перед своей картиной… но так ничего и не заметил.

Еще об одном крупном акте вандализма в наших музеях слышали многие. В июне 1985 года в Эрмитаже некто Майгис, 48-летний житель Литовской ССР, выплеснул склянку с серной кислотой на картину Рембрандта "Даная". Краска немедленно начала пузыриться и менять цвет. А вандал еще успел дважды порезать картину ножом.

У Майгиса экспертиза обнаружила вялотекущую шизофрению. Впрочем, он был человеком недалеким во всех смыслах, даже в смысле элементарного образования. Перед тем как поливать "Данаю" кислотой, он спросил у служащей музея, какая из картин в этом зале наиболее ценная.

Реставраторы не медля ни секунды бросились спасть "Данаю". Хотя многие эксперты лишь качали головами и говорили, что уже ничего нельзя поправить, картина потеряна навсегда. Утраты живописи составили 27%.  Но реставраторы не сдавались – они сумели восстановить картину. На это ушло долгих 12 лет. После этого "Даная" вновь заняла свое почетное место в собрании Эрмитажа. Правда, теперь шедевр Рембрандта защищает бронированное стекло.

Автор Владимир Бычков, радио Sputnik 

У радио Sputnik отличный паблик в Facebook, а для тех, кто предпочитает отечественное, — "ВКонтакте".

Есть еще Twitter, где все кратко, но емко. И конечно, вас увлечет канал радио Sputnik в Telegram. Обещаем!