10 февраля в России отмечается День дипломатического работника. Этот профессиональный праздник был установлен указом президента Российской Федерации в 2002 году. Выбор даты праздника не случаен. Именно на этот день 1549 года приходится наиболее раннее упоминание о Посольском приказе – первой в истории нашей страны государственной структуре, призванной заниматься иностранными делами. Создание этого учреждения – этапная веха в формировании российской внешнеполитической службы, но ее возраст, разумеется, значительно старше.
В преддверии Дня дипломатического работника интервью радио Sputnik дал заместитель министра иностранных дел РФ Геннадий Гатилов. Он курирует широкий круг вопросов в сфере многосторонней дипломатии, связанных с участием России в ООН, специализированных организациях ее системы, охватывающих деятельность в области международного экономического, экологического, гуманитарного сотрудничества, соблюдения прав человека. Занимается проблематикой ЮНЕСКО, межгосударственного взаимодействия в спорте, сфере туризма и культуры.
– С какими итогами подходит российская дипломатия к профессиональному празднику сотрудников МИД?
– Если сказать одним словом, то с серьезными, хотя международная политика в прошедшем году складывалась весьма непросто. Говоря конкретно о той сфере, в которой мне приходится работать, приходилось решать много сложных задач, связанных с урегулированием кризисных или конфликтных ситуаций в мире. Как известно, ООН занимается практически ими всеми. Ее Совет Безопасности работал, образно говоря, в режиме "нон-стоп". Среди наиболее острых вопросов, конечно, надо выделить ситуацию на Украине, в Сирии, Йемене, Ливии, Афганистане и многих других регионах.
Конечно, самой горящей темой, постоянно находящейся в последнее время в поле зрения ООН, остается Сирия. Дискуссии по этому вопросу проходят весьма напряженно, порой эмоционально. Однако, несмотря на конфронтационность, при наличии политической воли все же удавалось достигать компромиссных решений. В большинстве случаев они основывались на наших инициативах. Одно из последних – единогласное принятие в декабре 2016 года резолюции СБ 2336, одобрившей договоренности о прекращении боевых действий в Сирии. Без преувеличения можно сказать, что это прорывной момент в деле поиска путей урегулирования кровопролитного конфликта в этой стране. Жизнь показывает, что на такие компромиссы можно выходить, если члены Совета руководствуются учетом интересов всех сторон, прежде всего, непосредственно вовлеченных в конфликт, а не своими узкополитическими целями.
Разумеется, сирийская ситуация непосредственно связана с задачами контртеррористической борьбы. Мы продолжаем убеждать наших коллег по ООН в необходимости создания широкой международной коалиции по борьбе с этим злом, разрастающимся, как раковая опухоль, во всем обширном ближневосточном регионе, и теперь уже угрожающим всему миру. Хочу напомнить, что в развитие инициативы, которую выдвинул президент России Владимир Путин на 70-й сессии Генассамблеи, мы внесли предложение о принятии резолюции СБ по борьбе с идеологией терроризма с особым акцентом на проблематику ее распространения в Интернете. Некоторые наши западные коллеги по СБ пока вяло относятся к ней, прикрываясь надуманными доводами о свободе слова. Для нас же очевидно, что эти меры необходимо принять, чтобы обстановка в мире стала более стабильной. Продолжим работать на этом направлении, тем более, что, как нам кажется, настроения наших партнеров в этом плане все же начинают меняться.
Если говорить о других крупных событиях, произошедших в стенах ООН, то важным, конечно, стало избрание нового генсекретаря организации, португальца Антониу Гутерреша. Окончательное решение этого вопроса выпало на период российского председательства в СБ. Как постоянный член Совета и ключевой участник соответствующей дискуссии в Генассамблее наша делегация внесла существенный вклад в то, чтобы процесс отбора наиболее достойного кандидата прошел в транспарентной и справедливой манере, в соответствии с Уставом ООН. Антониу Гутерреш уже активно приступил к работе. Хотя прошло еще мало времени, но можно сказать, что он пытается привнести свой конструктивный стиль работы, опирающийся на учет мнений и позиций ключевых членов ООН. Без сомнения, это должно стать залогом успеха его работы на этом важном посту.
Знаменательные события произошли и на других направлениях деятельности Организации. Прежде всего, можно отметить вступление в силу Парижского соглашения по климату. Именно в ООН удалось мобилизовать волю государств-членов с тем, чтобы начать новый этап международного сотрудничества в борьбе с изменением климата на основе договоренностей, обязательных для исполнения всеми.
Началась практическая реализация Повестки дня устойчивого развития до 2030 года, осуществление которой призвано решить наиболее острые проблемы в экономической, социальной и природоохранной сферах, ликвидировать голод и болезни. Словом, изменить жизнь людей на планете к лучшему.
Конечно, это только малая часть проблем, с которыми приходится работать в ООН. Стоят огромные задачи, для решения которых потребуется мобилизовать весь позитивный ресурс международного сообщества. Будем развивать наработанное, стремиться к новым горизонтам.
– Какую роль играет ООН в политпроцессе в Ливии и в политическом урегулировании ситуации в других странах?
– К сожалению, ситуация в Ливии к лучшему не меняется. Запущенный под эгидой ООН в марокканском Схирате в декабре 2015 политпроцесс откровенно буксует. Действующий в Триполи с марта Президентский совет во главе с премьер-министром Фаизом Сарраджем, несмотря на международное признание, так и не стал подлинно национальным органом власти: полноценно начать работать он не может, его контроль распространяется лишь на очень ограниченные территории. Это даже не весь Триполи. Находящаяся в Тобруке палата депутатов отказывается утвердить предлагаемое премьером правительство национального согласия, как это предусмотрено схиратскими договоренностями. Причина – несогласие с его составом и размером, неинклюзивный характер, низкая представленность востока страны.
В этом контексте главной задачей считаем побуждение ливийских антагонистов к прямому диалогу с участием всех заинтересованных сторон. Именно этим и должен заниматься спецпредставитель генсекретаря ООН по Ливии Мартин Коблер, который, кстати, 6 февраля провел консультации в МИД России. Пока же видим, что по части реализации своего мандата он недорабатывает, и мы это не раз ему говорили. Форсированное продвижение по пути легитимизации правительства национального согласия – ошибочная тактика. В результате за бортом остались влиятельные игроки ливийского политического ландшафта, которые теперь весьма настороженно относятся к ооновскому посредничеству. Понятно, что такое положение дел никак не способствует продвижению политического процесса, изначально крайне запутанного и сложного.
Сейчас в отношении Ливии действует оружейное эмбарго. Совет Безопасности также санкционировал меры по предотвращению нелегальной миграции в Европу. Ослаблять эти ограничения рано, ведь террористические игиловские очаги еще напоминают о себе, к тому же пока не видно конца раздраю, воцарившемуся в стране после Муаммара Каддафи, который был свергнут и варварски убит в результате противозаконных действий войск западной коалиции, вышедшей за рамки мандата соответствующих резолюций СБ ООН.
Подписывайтесь на канал радио Sputnik в Telegram, чтобы у вас всегда было что почитать: злободневное, интересное и полезное.