Автор Павел Иванов
Президент Турции Реджеп Эрдоган объявил в стране чрезвычайное положение минимум на три месяца. Как следует из официальных заявлений, это нужно для нейтрализации угроз, связанных с попыткой провалившегося переворота. Эрдоган уверяет, что режим ЧП не направлен против демократии или свобод. Но уже поздно. Европа его не слышит, а он раздраженно отвечает на упреки ключевых представителей политического "евробомонда". Становится уже не так важно, что именно произошло в Турции на прошлой неделе. Гениальная инсценировка или фантастическая по бездарности попытка свергнуть действующую власть.
Итог в любом случае один – масштабнейшее укрепление позиций президента и дальнейшее следование Турции по пути "мягкой исламизации". Собственно, Эрдогана в этом поддержали многие тысячи людей, вышедшие в ту роковую ночь на улицы крупнейших городов. Массовые аресты и преследования политических оппонентов, причем далеко не только в армии – свидетельство серьезности намерений турецкого лидера. Одна незадача – этот сценарий на десятилетия, если не навсегда, закрывает вход Турецкой республики в Евросоюз. Запад не на шутку озадачен происходящим: военный бунт или его имитация с применением авиации и тяжелой техники в государстве-члене НАТО, да еще и пытающемся стать членом "европейской семьи" – это уже слишком. Не в традиции Европы, во всяком случае, современной, такие "штучки".
Свою позицию евробюрократия в столь экстренных обстоятельствах не могла не артикулировать. Она буквально ухватилась за события в Анкаре и Стамбуле, чтобы сказать то, что давно хотелось, да не было весомого повода. По сути, всему миру теперь явлено то, насколько европейцы тяготятся турецкой проблематикой. Чиновники ЕС высказались сполна, да так, что глубоко обидели турецкого президента. Федерика Могерини и другие чиновники из Брюсселя жестко заявили о недопустимости репрессий и необходимости верховенства права в Турции. Исключили введение безвизового режима для граждан этой страны в обозримой перспективе. Назвали массовые аресты судей чисткой. Призвали Анкару не забывать о демократии. Заявили о том, что ни одна страна не может претендовать на членство в ЕС, если она вводит смертную казнь. А именно с такой инициативой, ссылаясь на волю народу, выступил Эрдоган.
Теперь ему, конечно, припомнят и старые "грешки". Например, нежелание менять национальное антитеррористическое законодательство (к чему президента настоятельно склонял ЕС), ситуацию с беженцами, угрозы Эрдогана в корне пересмотреть отношения с Европой в случае сохранения визового режима и много чего другого. Противники вступления республики в ЕС и раньше предупреждали, что помимо укрепления турецкой мафии, которая поставляет секс-рабынь, оружие, наркотики и нелегальных мигрантов, на территорию Евросоюза через Турцию могут проникать террористы, без проблем оформляя турецкое гражданство. Теперь явно наступил звездный политический час авторов этих грозных предостережений. А еще европейцы обязательно не раз вспомнят инициативу правительства Турции по поправкам к конституции, которые предусматривают преобразование республики из парламентской в президентскую.
В общем, количество перешло в качество, критическая масса достигнута. И Реджеп Эрдоган это прекрасно понимает. А потому решил идти ва-банк, играть на опережение и предельно четко расставить точки над "и". Он заявил, что ЕС – это не весь мир и нечего ему вмешиваться в турецкие дела. Мол, сами разберемся. "53 года мы стучали в дверь, а они заставляли нас ждать, пропуская других", – патетично говорит турецкий лидер, имея в виду европейцев. И в этих словах чувствуется смертельная обида. И нежелание больше играть в игру, в которой Эрдоган никогда не выиграет. А потому нашумевшее высказывание ушедшего в политическое небытие британского экс-премьера Дэвида Кэмерона о том, что Турецкая республика вступит в Евросоюз к 3000 году, перестает быть фигурой речи и незатейливой шуткой.