Автор Михаил Шейнкман
Шекспир, файв-о-клок, Биг Бен, королева. Ничего не меняется. У них много общего. Но об этом они, возможно, вспомнят только завтра. Надо же будет, несмотря ни на что, все-таки опять искать точки соприкосновения. А сегодня образец традиций, чопорности и консерватизма – это скандалы, примитивные оскорбления и даже нечисто английское убийство. Сегодня Британия – это разъединенное королевство. Уровень внутренней враждебности – на грани исторического максимума. Глубокий раскол. В стране, в партиях, в семьях.
И в рядах консерваторов уже зреет бунт. Как пишут СМИ, даже если Кэмерон "отскочит", ему все равно будет трудно удержаться в седле. Партия может объявить перевыборы лидера, если не менее 50 ее депутатов этого захотят. Кроме экс-мэра Лондона Бориса Джонсона, едва ли не половина тори, в том числе и министры, пошли против премьера и они очень недовольны тем, как он себя в этой кампании вел. Вотум недоверия уже где-то рядом. Впрочем, как и дверь в ЕС, которую они сегодня в любом случае закроют. Осталось только решить, с какой стороны.
Разница в статистическую погрешность и постоянно переменный успех. In-out, in-out. Туда-сюда-обратно. Многие так и не смогли понять, это делают они или проделывают с ними. Поэтому значительная часть ответит на этот интимный вопрос только в кабинке для голосования. С ними работали слишком плоско. Причем, каждый лагерь – в своей плоскости. Это было противостояние квадратного с красным. Евроскептики нажимали на миграционную угрозу. Еврооптимисты пророчили экономический коллапс. И те, и другие делали ставку на страхи и, по сути, ввели общество в состояние аффекта.
Те, кто за "out", говорят: коль не стала Британия в ЕС единственной и неповторимой, нужно забирать вещи и уходить к маме. В смысле, к родине-матери. Те, кто за "in", тоже посылают их к матери, но не к королеве, а в сочетании совсем с другими словами. Вообще, в пылу этой борьбы было слишком много таких слов, за которые в прежние времена вызвали бы на дуэль. Здесь, правда, тоже стреляли. Но так, что убили Джо Кокс, а "коксу" добавили тем, кого она представляла. Именно после этой трагедии, а некоторые так и вовсе убеждены, что благодаря ей, евросторонники на флажке оторвались от оппонентов на два процента.
Хотя и это еще ничего не значит. Но совершенно точно, что разрывая королевство на шпагат, и те, и другие общими усилиями вывели его на пик влияния. По крайней мере, так Британия Евросоюз еще никогда не волновала. От него же еще никто не уходил. Референдум – это день британского триумфа в ЕС. Последний день. Потому что завтра все пройдет, и королевство либо останется таким же, как все, либо уже не в ЕС.
Между тем, в Лондоне нашли, чем спасаться и от того, и другого. По сообщению СМИ, жители столицы от стресса и неопределенности стали больше пить и чаще обращаться к венерологам. Это, конечно, не выход. Но, что делать, если выхода нет. Ведь победитель в любом случае получит "и полцарства в придачу". Но только пол. Чтобы вернуть целостность, им придется слишком многое друг другу простить. И понять. Может быть, и не стоило с этим делом торопиться. Все идет к тому, что в ЕС все решится само собой. Только это уже будет не развод, а распад.