Автор Михаил Шейнкман
Ангела Меркель – четвертая. Это же как понимать?
Как могла первая женщина место такое занять?
И не в каком-нибудь "Форбсе" там – выставке звезд мировых.
В рейтинге только Германии вдруг пропустила иных.
Сей прецедент исторический канцлерин вряд ли смутит.
Сил ей не хватит физических просто так встать и уйти.
Ангеле Меркель, пару месяцев назад упавшей с буфетного стула в антракте оперы Вагнера, предстоит пережить еще одно падение. Рейтинга. Пусть, в отличие от стула, он подкосился не вместе с ней. Новость об историческом минимуме популярности застала канцлерин в Нью-Йорке на Генассамблее ООН. Впрочем, будь она и в Германии, это вряд ли сбило бы ее с ног. Премьерское кресло всегда под рукой, и оно, не в пример театральному, еще держится. Тем не менее, даже со своим местом Меркель оказалась не на своем месте – лишь четвертой в традиционном опросе журнала Der Spiegel и телекомпании ZDF.
Лидерство и 67% у главы МИД Франка-Вальтера Штайнмайера. Дальше друг за другом с разницей в один пункт министр финансов Вольфганг Шойбле, президент Йоахим Гаук. У Меркель 63%. С одной стороны, худший результат за все 10 лет ее власти. Но, с другой стороны, даже по их, гамбургскому счету, большую часть времени она правила в тепличных условиях. Когда немцев вполне устраивало, что она "мутти" – матушка. Это последние год-два им уже реально понадобился "железный канцлер". Не важно, в штанах или в юбке, главное – с характером. Но именно его Меркель и не хватает.
Прослушка, Греция, Украина, антироссийские санкции, мигранты, неприличная зависимость от Вашингтона. Можно сказать: все просто так совпало. Но, быть может, подумывают теперь в Германии, это Меркель притягивает к стране неприятности, не обладая способностью ни предвидеть их, ни им противостоять. Отсюда и неловкость, в которую она попадает всякий раз, когда пытается совладать если и не с проблемами, то с нервами. Ни единожды в нынешнем году немцы заставали своего лидера в двусмысленном положении. Из последнего – ее "озарение" в сирийском вопросе. Когда стало ясно, что ее могут и не спросить, она вдруг заявила, что без Асада урегулирование не вытянуть. До этого ее непоколебимость "поплыла" вместе с мигрантами. Всего лишь через неделю после того, как пообещала принять всех, закрыла границу.
Политический капитал еще позволяет ей делать "интервенции" в поддержание своего правящего курса. Но запас прочности не бесконечен. Разрыв в рейтинге сейчас несущественный, однако принципиален не он. И ладно, уступи она только политикам. Ее опережают человеческие качества, которые, как выясняется, ей не свойственны. А значит, это – симптом. Ей за ними не угнаться. Штайнмайер – это дипломатичность и независимость. Пусть лишь в известной степени, но у Меркель нет даже ее. Шойбле – это решительность. Это он дожал Грецию. Можно спорить об этичности этой "спецоперации", но жесткость и непоколебимость – то, что немцы и в этом случае явно не обнаружили в канцлерин. При этом президента Гаука они отличают за умение быть над ситуацией. Иначе – не лезть не в свои дела.
Утешиться Меркель может лишь тем, что лидер СДПГ, вице-канцлер Зигмар Габриэль пока от нее отстает. У него 56%. Но его настойчивое стремление вернуть отношения с Москвой лишь за месяц обеспечили ему плюс 7 пунктов. И это до того, как он предложил "изменить подход к России". "Любому должно хватить ума понять, что нельзя постоянно сохранять санкции и одновременно просить о сотрудничестве", – подчеркнул Габриэль, явно намекая еще на одно качество, которого Меркель может так и не хватить. По крайней мере, чтобы осознать: авторитет – он как тот самый буфетный стул. Сломается – заменят. Только восседать уже будет другой.