Автор Дмитрий Геер
Украина выкрутилась и смогла 24 июля выплатить запланированные 120 млн долларов. Но что-то в этот раз оказалось не так. Странно, что это просто очередная новость в огромном потоке. Пробегая по украинским интернет-ресурсам, сразу замечаешь, что нет ни длинных рассуждений экспертов по поводу и без, ни прогнозов на будущее. Могли хотя бы развить тему, что теперь переговоры с кредиторами пойдут куда активней. Но и этого нет, что пугает. Тишина.
Вспоминается, что еще пару дней назад многие западные аналитики не стеснялись в выражениях. Это был апокалипсис: экономическая катастрофа (а именно так принято называть возможный технический дефолт на Украине) погонит украинцев в соседние страны на поиски работы, проблемы в украинской экономике приведут к еще более серьезным последствиям, чем кризис в Греции, ни о каких инвестициях даже в более-менее привлекательный энергетический сектор не стоит и мечтать. В Киеве воздерживались от каких-либо оценок и давили на то, что невыплаты грозят всего лишь техническим дефолтом. Теперь уже можно предположить, что как раз в Киеве точно знали: проблем не будет. Но никому об этом не говорили и честно сохранили интригу до последнего момента. В результате нынешнее затишье может значить только одно: радоваться нечему.
Сегодня Украина должна примерно 70 млрд долларов, 40 из которых – внешний долг. Киев уже попросил кредиторов списать 40% основной суммы долга, то есть примерно 15 млрд долларов. Однако пока известно лишь, что держатели почти 9 млрд украинского долга (Фонд Franklin Templeton) не хотят ничего списывать и согласны лишь отсрочить выплаты. Киев дошел до крайностей: глава украинского Минфина Наталья Яресько пригрозила мораторием на выплаты.
Сегодняшняя выплата стала своего рода сигналом – моратория не будет. Но она не смогла стать сигналом того, что Киев нашел способ хоть на миллиметр отползти от экономической бездны. Но именно в эту бездну и заглянули сегодня в очередной раз в Киеве. А заглянув, не смогли ничего сказать. Похожее состояние есть в мунковском "Крике": "я ощутил дыхание скорби… я чувствовал в этот момент смертельную усталость".