Автор Михаил Шейнкман
Хельсинки. Знаменитый зал "Финляндия". Это в нем лидеры СССР, США и Старого Света в 1975 подписали Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Сегодня – первое пленарное заседание юбилейной сессии Парламентской ассамблеи ОБСЕ. Специально так устроили, чтобы там и сейчас. Чтобы пафос, торжественность и символизм.
Но самое интересное-то уже прошло. Точнее даже, не прошло, а осталось дома. Россия отказалась от участия еще в конце прошлой недели. История именно это и запомнит. И будет права. Хотя у Москвы был побудительный мотив – провокация хозяев с запретом на въезд некоторым депутатам Госдумы, в том числе и спикеру Сергею Нарышкину. Но это именно потому, что без нас. И так событие далеко не первой международной полосы, сессия свелась лишь к унылому послесловию скандала. Репутацию "из ряда вон" ей обеспечил совсем не праздничный повод.
Пусть 40 лет – это, безусловно, дата. Но, во-первых, в отличие от Моисея, ОБСЕ этого времени явно не хватило. Во-вторых, потому что мир, как выясняется, водили по кругу и вернули к тому, от чего, казалось, в разгар "холодной войны" пытались увести. И вот они опять в Хельсинки, но, по большому счету, гордиться нечем. Потому и самый ценный подарок к юбилею ассамблея делает своими руками. С удовольствием сама себя сечет.
Решение Финляндии спрятаться от России только формально выглядит суверенным действием. Однако в нем столько же независимости, сколько в кнуте. Его тоже еще надо привести в движение. Любопытно было наблюдать, как они сами расписывались в собственном безволии. Финны оправдывались порядками ЕС. Это, дескать, они заставили отказать российским депутатам в визе. ОБСЕ, хоть и не разделяла позицию Суоми, но стыдливо прикрывало невмешательство правом принимающей стороны. И только канадцы не стали юлить: откровенно, когда уже поняли, что не страшно – России в Хельсинки не будет – в последний момент внесли в повестку крайне жесткую антироссийскую резолюцию.
Было бы еще честнее, сделай это их соседи, но демонстрацию такой причастности к европейской безопасности американцы посчитали излишней. Они, в конце концов, иначе показали – и финнам, прежде всего – кто везде и всюду сует свой перископ. В минувшую пятницу в Финском заливе вдруг обнаружилась подводная лодка США. Причем, на самом видном месте. Ее засекли, сфотографировали и передали снимки в СМИ пассажиры проходившего мимо лайнера. И хотя в отличие от мифических российских субмарин, эту уже не надо искать в воображении, министерство обороны Финляндии хранит молчание. Но, перефразируя Соломона, все всплывает, всплывет и это.
Продолжает тему главный редактор издания "Геополитика" Леонид Савин.
– Насколько характерно для ОБСЕ то, что ее Парламентская ассамблея именно так, без России, отмечает 40-летие Хельсинского акта?
– Я думаю, что ОБСЕ сейчас выполняет совершенно противоположную роль той, что была задумана при ее организации. Мы видим, что происходит конфронтация, которая нарастает в дипломатических, гуманитарных и всех иных взаимоотношениях между странами ЕС, Запада и Россией.
– Парламентская ассамблея ОБСЕ, по сути, оставалась последней площадкой для дискуссий. Можно ли и ее считать дискредитированной? И что выиграет Запад, если и этот формат превратится в конвейер по штамповке антироссийских резолюций?
– К сожалению, теперь мы видим, что Парламентская ассамблея ОБСЕ стала очередным инструментом политического давления со стороны Запада. Я думаю, в этом не последнюю роль сыграл председатель ПА ОБСЕ Илкка Канерва, который и прежде высказывал довольно русофобские заявления. Я думаю, что нам желательно было бы прекратить взаимоотношения с этой организацией и признать ее нелегитимным органом. Она себя изжила и ведет себя как некий антипод. Такие заявления, действия не должны оставаться без адекватного ответа.
Наверное, в отсутствии России на этом "празднике жизни" в Хельсинки есть какая-то сакральная предопределенность. У нас же 40 лет отмечать не принято. Все это, конечно, суеверия и предрассудки. Но годы, видимо, и для ОБСЕ имеют значение. По всем признакам, у формата явный кризис среднего возраста. Перемена в поведении, надуманные страхи, неуверенность в себе, изменение ценностных ориентиров. Одним словом, депрессия. Может быть, поэтому им и хорошо там, где нас нет. Не важно, что кроме нас в этом нет еще и смысла.