Автор Михаил Шейнкман
Процесс закрыт, полемика осталась. Международный суд ООН в Гааге отклонил взаимные иски Хорватии и Сербии о геноциде в ходе балканских событий первой половины девяностых и призвал обеспечить компенсации жертвам правонарушений. Об этом не скажешь: разошлись миром. На "с войной покончили мы счеты" тоже не тянет. Все-таки 20 тысяч убитых с обеих сторон – это навсегда. 15 лет юридических баталий завершились, скорее, боевой ничьей. Соперников развели по углам, оставив у каждого из них чувство глубокого неудовлетворения.
Хотя и те, и другие нашли в вердикте что-то свое. "Геноцид подразделений Югославии не установлен, но подтверждено, что были тяжкие военные преступления и этнические чистки", — заявил премьер Хорватии Зоран Миланович. "Высшая судебная инстанция ООН признала, что хорватские силы совершили массовые злодеяния в отношении сербов", — парировал президент Сербии Томислав Николич.
Словесная перебранка – это все, что им осталось. Решение обжалованию не подлежит. Только толкованию. Белград, пожалуй, может чувствовать себя в более выигрышной ситуации. Хотя бы потому, что он не питал относительно исхода никаких иллюзий. И не скрывал, что встречным движением планировал лишь нейтрализовать действия противников на правовом фронте. Его иск в 2009 году о бесчинствах хорватов в августе 95-го, в результате которых самопровозглашенную Сербскую Краину покинули четверть миллиона сербов, стал ответом на обвинения Загреба.
К тому времени тот уже десять лет тщетно пытался добиться от Гааги слова "геноцид" применительно к соседу по Балканам. Хотя в обеих столицах этому процессу придавали особое значение. В случае доказательства вины одной из сторон вторая могла бы инициировать дело о компенсации материального ущерба.
Впрочем, руководствовались они отнюдь не только меркантильными соображениями. Нужен был контрольный судебный залп по вражеским позициям. Чтобы навсегда установить, в чьем окопе тогда была правда. Считалось, что у хорватов шансы выше. Но совсем не потому, что они пострадали сильнее и имели больше прав на убийство. Все-таки большинство осужденных Международным трибуналом по бывшей Югославии – сербы. Но одно дело псевдоправосудием штамповать бесконечные и явно ангажированные приговоры политикам. Другое — портить репутацию целой стране.
Причем, не той, уже не существующей Федерации, а этой – очень даже желательной для Запада Сербии. Она и так балансирует на грани ЕС – Россия. Оскорбительный вердикт мог оказаться в этой дилемме определяющим. К тому же, пусть страна еще не член НАТО и ЕС, как Хорватия, но в Евросоюзе — уже одной ногой. Не возьмет же тот к себе правопреемника геноцида.
А хорватов обвинить в нем не могли априори. Не для того Запад все это время делал из них героев-освободителей. Так что, если суд старался избежать обвинений в пристрастности, то ему это удалось. Самым гуманным в мире его, конечно, не назовешь. Но самым предусмотрительным, наверное, можно.
Оценивает решение старший научный сотрудник Института славяноведения РАН Александр Карасев.
— Что значит этот вердикт Международного суда ООН для двух стран? Можно ли говорить, что он окончательно перевернул страницу, по крайней мере, этой части балканской войны?
— Я думаю, что Вы правы. Несмотря на то, что обе стороны считают решение Международного суда несправедливым, однако и президент Хорватии, и президент Сербии признают, что этот вердикт имел под собой основания, и что он явится в дальнейшем основанием для роста доверия между этими двумя государствами и в целом на Балканах.
— Это решение было юридическим или судьи больше руководствовались политическими соображениями?
— При вынесении данного решения имели место как юридическая, так и политическая составляющие, потому что слишком сложными были эти межэтнические конфликты. Как в 1991 году во время операции Югославской народной армии против Хорватии, так и в 1995, когда хорваты изгнали почти 300 тысяч сербов с территории Хорватии. Суд вынужден был найти политическое решение для того, чтобы прекратить взаимные обвинения. В целом, конечно, сербы больше пострадали, можно считать. Но суд принял такое "соломоново решение" для того, чтобы прекратить эту взаимную вражду.
Не исключено, что Международный суд ООН просто не захотел балканской историей создавать прецедент. В Европе сейчас есть, как минимум, один конфликт, который точно тянет на геноцид. Правда, те, кто уже заслужил звание карателей, делают все, чтобы от них никто не ушел. Тем более в Гаагу.