Автор Михаил Шейнкман
Может быть, это прозвучало не так грубо, как у лидера "Левого фронта" Франции, депутата Европарламента Меланшона, буквально предложившего Ангеле Меркель "закрыть рот" и заниматься своими делами, но, по сути, и официальный Париж признал, что в открытом состоянии этот рот его тоже не интересует. Тем более что в последнее время в адрес Елисейского дворца он исторгал только немецкие нравоучения.
В конце минувшей недели канцлер ФРГ обрушилась с резкой критикой на экономическую политику Пятой республики. А накануне Париж, презрев рекомендации партнера, оформил ее официально. Правительство представило реформы так называемого "плана роста и активности". В числе прочего он подразумевает упрощенную систему регулирования отдельных видов бизнеса и торговли. Цель – вывести страну из стагнации и сбить чрезвычайные проценты безработицы. Но это совсем не то, чего хотели бы от Олланда в Брюсселе и в Берлине.
Еврокомиссия в третий раз до марта перенесла Франции срок выполнения обязательств по снижению дефицита госбюджета до 3% от ВВП в обмен на радикальные преобразования. Но радикализмом в них и не пахнет. Напротив, премьер Мануэль Вальс преподносит их как освобождение "шеи французской экономики от удавки". Он заявил, что его кабинет решил "умерить пыл" в реформах, чтобы, цитата: "выбрать будущее и оставаться открытыми миру". Но, видимо, не ЕС и Германии, поскольку помпезность и категоричность, что сопутствовали презентации программы, явное свидетельство ее необратимости, вопреки давлению союзников. Для Франции это чревато большими санкциями. Если она до весны не выполнит требование Евросоюза о снижении дефицита, ей грозит миллиардный штраф.
Но, похоже, Олланд решил, что возвращение в реальную политику стоит таких денег. Ведь его откровенный вызов Берлину можно понимать и так. Причем, это он уже повторно сворачивает с генеральной линии. В прошлую субботу по дороге из Астаны в Париж свернул к Путину, чтобы поговорить с ним об общих позициях именно в тот момент, когда Меркель уже перестала стесняться в выражениях, оценивая их полярность. Два раза – это еще, конечно, не система. Но уже тенденция. Тем более, если самостоятельность Олланд проявляет в, пожалуй, самых острых сейчас для Евросоюза вопросах.
Для него, наверное, уже и нет другой возможности как-то иначе реабилитироваться в глазах своих сограждан. Ведь всегда самодостаточные французы не смогли простить ему, прежде всего, беспрецедентной зависимости от чужих столиц. Когда не только Вашингтон или Берлин, но уже и Польша с Прибалтикой пытаются учить Пятую республику родину любить. Например, уже пресловутыми "Мистралями". Между прочим, политическое воскрешение Олланда, если его активность на внешнем и внутреннем фронте подчинена именно этой цели, может отразиться и на урегулировании проблемы вертолетоносцев. Во всяком случае, их отсутствие в порту французы заметят скорее, чем результаты экономических реформ.
Продолжит эксперт ИМЭМО РАН Павел Тимофеев.
— Франция, по сути, бросила вызов Евросоюзу. Как Вы считаете, в Париже все хорошо просчитали? И чем может закончиться это противостояние с Берлином?
— Я бы, честно говоря, не стал бы говорить о так называемом вызове, поскольку Евросоюз, как вы знаете, это довольно сложное образование, и очень многие вещи решаются компромиссом. Допустим, если мы посмотрим на последний доклад, который принимали французы и немцы, то здесь, скорее, речь идет о каких-то попытках перестройки системы взаимодействия двух стран с акцентом на лечение того, что сейчас есть.
— Считается, что своей активностью Олланд демонстрирует желание вернуться в большую французскую политику. Значит ли это, что его пока рано списывать со счетов, даже несмотря на беспрецедентно маленький рейтинг?
— Безусловно, Олланда рано списывать со счетов. Потому что, не будем забывать, что президентский срок Олланда еще не прошел, позади всего лишь половина срока. Второе — если мы посмотрим на статистику всех президентов Пятой республики, то, так или иначе, в середине срока французы были ими недовольны. И, самое главное, это то, что, несмотря на очень серьезное падение рейтингов Олланда, все-таки он уже является одним из лидеров Евросоюза и может опираться на поддержку других политиков этого образования, в частности, Германии. Поскольку, с Меркель, несмотря на те или иные франко-германские противоречия, этот тандем продолжает работать.
Несмотря на демонстративное намерение Олланда жить своим умом, далеко не вся Франция встретила его инициативы восторженно. Даже не все его социалисты оценили уровень экономического либерализма. В реформах не обнаружили ключевых мер, способных ослабить жесткие законы рынка труда. Президента опять обвиняют в предательстве социалистических идеалов. А "Левый фронт" созывает народ на массовые акции против правительства и реформ. Так что, еще совсем не факт, что "план активности" Олланда станет планом роста его авторитета.