Автор Михаил Шейнкман
Иной раз политический кризис ведет себя, как рыболовная леска. Стоит небольшой узелок начать распутывать не туда, куда следует, и можно сматывать удочки. В Грузии еще разбираются, что первично: уголовные нарушения в министерстве обороны или амбиции его отставного главы Ираклия Аласания. Но о выходе его партии "Свободные демократы" из правящей коалиции уже говорят: где тонко, там и рвется. Тем более если размотать клубок противоречий все равно не получается.
Позднее вмешательство президента, ближе к полуночи он выступил с экстренным заявлением, прервав свой визит в Австрию, еще больше запутало ситуацию. У него в военном ведомстве воровство и злоупотребления, солдаты травятся, как от диверсии, а он чуть ли не детектором лжи желает проверить всех на верность европейскому курсу. Иди — пойми, то ли добра стране желает, то ли вступает в сговор с Аласанией. Тот тоже усомнился в прозападной приверженности "Грузинской мечты". Но публично только после того, как у него прямо спросили, почему все заказы Минобороны уходили фирмам, близким самому экс-министру.
Как бы то ни было, глава государства призвал правительство срочно рассмотреть имплементацию соглашения с ЕС и пакет мер по сближению с НАТО, а у парламента затребовал трибуну для чрезвычайного слова. И, может быть, даже двух. Досрочные выборы — в экспертном сообществе все больше склоняются к тому, что от них не уйти. А о Маргвелашвили уже давно поговаривали, что он только повода ждет, чтобы их объявить. Распад коалиции – как раз то, что надо. Президент осмелел настолько, что впервые официально бросил вызов, по сути, своему крестному отцу, без которого никогда не поднялся бы на высоту своего положения. Правда, так и не отважился назвать его по имени. Заявил лишь, что негоже Грузией управлять кулуарно.
То, что речь идет не о США, как можно было подумать еще несколько лет назад, подтвердила Джен Псаки. Представитель Госдепа по обыкновению, не вникая в ситуацию, как-то очень поспешно причислила уволенного экс-министра обороны с компанией к лику "демократических мучеников". После таких сигналов, как правило, сторонники теории заговора и начинают искать признаки ее применения на практике. На самом деле, если Вашингтон не устраивает поведение Тбилиси, то вариант с Аласанией – это подходящий способ для того, чтобы его изменить. В Госдепе и в НАТО он на хорошем счету. Его еще при "живом" Саакашвили рассматривали в качестве возможного преемника. И сейчас вступились, как за того самого. Запад он всегда любил не меньше Мишико. А теперь, получается, еще и пострадал за свои чувства.
Опять же — родная кровь. Аласания и Саакашвили — двоюродные братья. Это еще не говорит о семейном подряде. Но, если, скажем, экс-министр обороны будет замечен 15 ноября на демонстрации "Единого нацдвижения", это вряд ли кого-нибудь удивит. Премьер Гарибашвили уже назвал его "предателем победы 12-го года и политическим авантюристом".
Из Тбилиси политолог Петр Мамрадзе:
— Правящей коалиции в том виде, в котором она была, больше нет, это очевидно. А что есть на ее месте?
— На ее месте есть такая конфигурация. Республиканцы остались в коалиции. Премьер-министр интенсивно встречается с депутатами-мажоритариями, чтобы как-то восполнить недостающие места, ибо нет большинства в парламенте. Но реальная политическая конфигурация – она интересна для Грузии, потому что степень свободы, степень неподчинения каждому слову премьера Гарибашвили, за которым всегда стоит Иванишвили, эта эпоха закончилась. Появился президент, который становится все более и более независимым. Другое дело, насколько конструктивна его независимость. Так что сейчас жить становится, как говорится, демократичней и интересней.
— Насколько велика вероятность досрочных выборов и есть ли какой-либо иной вариант выхода из этого кризиса? Вообще, это кризис?
— Это, конечно, пока не кризис в конституционном плане, когда президент обязан либо распустить парламент, либо отправить в отставку кабинет министров. Но если динамика будет соответствующей, то и это может быть. Я считаю, что лидеры коалиции "Мечта" сделают все возможное, чтобы этого не было. Потому что при сегодняшней ситуации в Грузии выборы в парламент – это еще одно свидетельство нестабильности. И, я не думаю, что они были бы сами по себе желательны.
Эксперты сомневаются в том, что "свободные демократы" примкнут к "саакашистам" в парламенте. Поскольку в этом случае они потеряют даже намек на статус некоей третьей силы, которая всегда приходит на ум, когда основные две скомпрометированы. К "Грузинской мечте" это пока относится в меньшей степени. Но, как показали муниципальные выборы в марте, повторить парламентский успех позапрошлого октября ей, если что-то досрочное, будет чрезвычайно сложно. Хотя если так пойдет, то через два года уже и невозможно.