Автор Михаил Шейнкман
Париж принимал у себя глав Армении и Азербайджана в феврале 2006 года. Из нынешней тройки лишь Ильхам Алиев помнит, как это было. Францию тогда представлял Жак Ширак, он был инициатором переговоров, Армению — Роберт Кочарян. Кстати, для Еревана это еще один повод уколоть Баку демократическим сравнением. Алиев в ответ может заявить, что президенты Армении меняются, а позиция нет, чтобы вновь обвинить оппонентов в недоговороспособности.
Как бы то ни было, состав участников – это главное, если не единственное отличие этой встречи от предыдущей. Причем, каких-либо итогов сейчас ожидали еще меньше, чем тогда. Как минимум потому, что неразрешимость конфликта стала старше на восемь лет. Впрочем, даже в Елисейском дворце на какие-то подвижки не очень-то и ориентировались.
Пресс-служба Франсуа Олланда целью называла "обеспечение диалога сторон после эскалации два месяца назад". Скромно и беспроигрышно, поскольку диалог можно считать обеспеченным уже самим фактом присутствия президентов Армении и Азербайджана в Париже. Хотя даже ради этого вряд ли стоило напоминать им об эскалации двухмесячной давности. Тем более, что ее тогда же в августе удалось снять трехсторонней встречей в Сочи. Президент России Владимир Путин своих гостей тогда водил на турнир по боевым искусствам. Увидели, как может быть жестко, но без оружия. С тех пор на линии соприкосновения практически не стреляют. Хотя и не разговаривают.
Встреча Алиева и Саргсяна на полях саммита НАТО в Ньюпорте была, скорее, протокольной условностью. Но все-таки была. В свой миротворческий актив ее записали США, так как модератором того свидания был госсекретарь Керри.
Вполне естественно, что Франция, как еще один участник Минской группы ОБСЕ, решила напомнить, что и она тоже не зря называется посредником в карабахском урегулировании. Гостям предлагают полный ассортимент вариантов общения. И в тройном формате, и по отдельности с Олландом, и тет-а-тет друг с другом, и снова на троих только уже за обеденным столом. Иными словами, увидеть Париж и не получится.
Для него самого главное, чтобы выше Эйфелевой башни оказались его усилия. Франсуа Олланд явно делает ставку на свой внешний вид. Во внутренних делах у него не ладится. 13% – это теперь как обидное прозвище. Приклеилось – не избавиться. А геополитика – это сфера, в которой достаточно демонстративности, чтобы звучать. Не важно, будет ли это участие в военных операциях в Африке и на Ближнем Востоке или миротворчество на Кавказе. Все это играет на харизму и значительность, которых Олланду сейчас явно не достает. Так что, еще не известно, кто кому должен сказать "мерси". Гости за приглашение или хозяин за то, что не отказали. Хотя ему вряд ли стоило этого опасаться. Они идут туда, где принимают. Поскольку отказ моментально обернется репутационными издержками. А они сейчас ни Алиеву, ни Саргсяну ни к чему.
Эксперт по странам Кавказа Андрей Арешев и до Парижа знал, чем он закончится.
— Заранее можно было предположить, что итогом этой встречи в Париже станет уже привычная сентенция о том, что главное – это общение. Этого по-прежнему достаточно?
— Свою стабилизирующую роль такие встречи, конечно, могут играть. Это мы увидели в августе нынешнего года, когда на пике противостояния вокруг Нагорного Карабаха состоялась сочинская встреча президентов Армении, Азербайджана и России, которая привела к определенному спаду напряженности. Сейчас мы можем говорить о попытке Франции предложить какие-то новые идеи. Но все предположения о подготовке большого политического договора, на мой взгляд, явно преждевременны.
— Мы часто становимся свидетелями того, что дипломатия уступает место тяжелому вооружению. В августе Баку с Ереваном уже попробовали его друг на друге. Есть уверенность, что они не станут повторять этот опыт?
— Важно то, что по результатам этих событий вновь подтверждена недопустимость решения вопросов силовым путем. Сочинская встреча лишь продемонстрировала это и закрепила на политическом уровне. Очень важно, что нынешняя встреча не предварялась эскалацией военных действий, провокациями, как это бывало в прошлом.
Август – Сочи, сентябрь – Уэльс, октябрь – Париж. С такой регулярностью президенты Армении и Азербайджана, пожалуй, еще не контактировали друг с другом. Акцент на этом — это для тех, кто решил, что Карабах из-за более острых ситуаций в мире ушел на задворки международной повестки. Все понимают, как только он там окажется, у горячих голов может возникнуть желание напомнить о себе огнем. Тем более, у Баку есть пример Киева, которому позволено все. И вроде бы, надо чаще встречаться. Но хрупкое равновесие в регионе держится на этих встречах, как на успокоительном. А врачи знают, чем чаще его принимаешь без серьезного лечения, тем ниже его эффект.