Автор Михаил Шейнкман
Армения и Азербайджан напомнили, какой именно территориальный конфликт на постсоветском пространстве до Украины считался самым кровопролитным. Число погибших идет на десятки. И это только за несколько дней, в течение которых режим перемирия нарушался полторы тысячи раз. Иногда за год получалось меньше.
Война не имеет степеней. Это всегда трагедия, кровь и слезы. Однако Карабах все же показал свое главное отличие от украинского конфликта. Это военный паритет враждующих сторон. Здесь сражаются солдаты, а не убивают мирных людей. Это ни хорошо и ни плохо. Это — тоже плохо. Но это война, а не истребление. Впрочем, и это еще не война. Хотя эксперты уже называют нынешние столкновения Азербайджана и Армении самыми масштабными за все двадцать лет условного перемирия. Его заключили в 1994-ом. С тех пор и живут под присмотром посредников Минской группы ОБСЕ в состоянии ни войны, ни мира.
Вернее, жили. То, что произошло здесь в последние дни минувшей недели, превращает экспертов в скептиков. Точно известно, что все началось 27 июля. Все остальное — это уже версии. Ереван говорит о диверсиях Азербайджана, Баку — о вооруженных провокациях Армении. Самое правдивое — это потери. Когда войска уже стенка на стенку и артиллерия с обеих сторон в деле, они неизбежны. Баланс сил в этом регионе всегда считался гарантией невозобновления боевых действий по всему фронту. Они периодически постреливали друг в друга. Иной раз шли в штыковую атаку. Но все эти вылазки, инциденты не выходили за рамки многолетней, а потому уже привычной напряженности. Политологи лишь всякий раз напоминали, что пока конфликт тлеет, из него всегда может разгореться пламя. Дай только повод.
Сказать, что это именно Украина "разбудила" Карабах, наверное, нельзя. Но, когда весь мир превращается в одну большую горячую кляксу, видимо, сложно удержаться от соблазна взяться за оружие. Тем более что Баку на протяжении всех этих двадцати лет после войны обещает Еревану ее начать. Азербайджан — единственный, кого абсолютно не устраивает положение вещей. Поэтому он вполне мог воспользоваться украинским моментом и пока миру не до Нагорного Карабаха, проверить статус-кво огнем.
Однако не все так просто. И уже не надо углубляться в теорию заговора, чтобы понять, что и среди посредников могут быть провокаторы. Скажем, если кому-то из Минской группы ОБСЕ, а это Россия, Франция и США, очень не нравится, что Армения в октябре собралась вступить в Евразийский Союз, то он тоже может быть заинтересован в том, чтобы ей было не до вектора интеграции. В Вашингтоне, например, и не скрывают, что не могут простить Еревану его геополитический выбор. А военное обострение — это то, что надо, чтобы заставить Армению, как минимум, отложить свои планы, если не пересмотреть их. Да и союзники России — Белоруссия и Казахстан — могут поостеречься связываться с воюющей страной.
Продолжит экс-сопредседатель Минской группы ОБСЕ, Чрезвычайный и полномочный посол России Владимир Казимиров.
— Чем вызвано обострение конфликта и может ли оно обрести необратимый характер?
— Хотелось бы верить, что не должно обрести. Дело в том, что в этом конфликте инциденты стали уже своего рода рутиной. И все дело в общей обстановке. Дело в том, что, проиграв военные действия 20 лет тому назад, руководство Азербайджана вместо поиска компромиссов, борясь против оккупации, делает немало, чтобы, к сожалению, закреплять нынешний статус-кво. Первопричина этой серии инцидентов как раз и заключается в этом курсе Баку.
— Насколько обострение отношений между странами-посредниками может отразиться на урегулировании этого конфликта?
— Такое впечатление, что пока сохраняется единый подход к недопустимости попыток военного разрешения этого конфликта. Я даже по-доброму белой завистью завидую тому, что нынешние сопредседатели Минской группы ОБСЕ работают довольно слаженно, чего, конечно, в мои времена явно недоставало.
— То есть, если вдруг встреча президентов Армении и Азербайджана в Сочи 8-9 августа не состоится, то не потому, что кто-то из стран-сопредседателей будет этому противиться. Вообще, она способна вернуть войска в казармы?
— Должна была бы это сделать. Я думаю, что в этом и смысл этой встречи. В нынешней обстановке это задача, наверное, будет приоритетной.
Никто точно не скажет, с чего бы это вдруг тут полыхнуло. Но все убеждены в том, что встрече президентов Алиева и Саргсяна уже давно пора было бы состояться. А ей, как известно, всегда предшествует обострение на линии соприкосновения. Может быть, такая последовательность для того и нужна, чтобы никто не отрицал эффективность этих переговоров. Ведь после них, как правило, стрельба на время прекращается. Если в Баку и Ереване не станут изменять традициям конфликта, то после 8-9 августа в его зоне должно стать спокойнее. При условии, что его обострение не входит в геополитические планы тех, кто уже сорвал Украиной моральные ограничения на войну.