Автор Илья Харламов
65 лет назад в Старом Свете при деятельном участии британского премьера Уинстона Черчилля был учрежден Совет Европы –международная организация, призванная содействовать интеграции государств региона и развитию в них демократии и законности. Сегодня он включает в себя без малого полсотни стран, а самыми известными органами Совета стали Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) и Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ).
За благородными целями, в том числе развитием европейской идентичности, которые декларировали авторы проекта, стояла и еще одна сначала малозаметная, но, тем не менее, важная задача. Создать в Европе своеобразный форпост идейного противостояния Советскому Союзу, некие «Соединенные Штаты Европы». Времена изменились, СССР уже почти четверть века нет на политической карте мира, однако стратегия сдерживания в отношении его правопреемницы России осталась прежней. И это несмотря на то, что Российская Федерация вступила в Совет в середине 1990-х годов и стала одним из его главных спонсоров.
С момента распада Советского Союза по сути начался второй период истории Совета Европы, содержанием которого стало активное принятие в организацию новых членов из числа стран бывшего социалистического лагеря. До этого по понятным причинам сотрудничество с ними было затруднено, хотя кое-где и велось.
С момента создания Совет Европы был совещательным органом, его роль нельзя переоценивать и сегодня, считает директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко.
«Очень серьезным ограничителем для него является то, что экономический гигант Европа одновременно является военно-политическим карликом, и все наше напряжение с Евросоюзом в значительной степени связано с тем, что высокий уровень военно-политической зависимости от США вынуждает европейских партнеров идти в фарватере американской политики. Несмотря на то, что она зачастую находится в противоречии с экономическими интересами Европы. Европейский проект сегодня в кризисе», — сказал Минченко в эфире «Голоса России».
В этой связи далеко не случайно, что один из ключевых наблюдателей в Совете Европы – Соединенные Штаты. В уставе организации декларировалось, что в нее может вступить любое европейское государство, которое следует принципам парламентской плюралистической демократии, гарантирует права и свободы человека, а также руководствуется верховенством закона. Впрочем, с момента расширения организации за счет стран Центральной и Восточной Европы в основном документе появились важные уточнения, а на некоторых аспектах был сделан особый акцент. В частности, было заявлено, что государства-претенденты должны обеспечить выборность в органы власти представителей народа, защиту национальных меньшинств, свободу СМИ и уважение принципов международного права.
Впрочем, дальнейшие события показали, что подобные критерии нередко оставались лишь красивыми словами. На деле в Совет Европы принимались государства, у которых были серьезные проблемы, вступающие в прямые противоречия с уставными целями организации, ее базовыми принципами и ценностями. К примеру, о соблюдении прав нацменьшинств в случае с Латвией, Эстонией или Грузией говорить не приходится. Однако старожилы Совета Европы предпочли закрыть на это глаза. И очевидно, что делалось это далеко не в последнюю очередь затем, чтобы полностью вывести эти страны даже из-под сугубо гипотетического влияния России.
Значение Совета Европы, несмотря на его численный рост, постепенно сокращается, отметил директор Центра комплексных европейских и международных исследований Высшей школы экономики Тимофей Бордачёв.
«Изначально Совет Европы создавался как организация идеалистов, сторонников создания единого европейского государства. Он создавался как федералистская интеграционная организация. После этого произошла его трансформация в сторону организации, концентрирующейся на вопросах защиты прав человека. Но качественно изменилась функция Совета Европы после завершения «холодной войны», когда к нему присоединились Россия и страны бывшего СССР. Возникла надежда, что он станет наряду с ОБСЕ неким универсальным региональным форумом. На деле этого не произошло. Год за годом Евросоюз превращал Совет Европы в свой инструмент», — сказал Бордачёв в эфире «Голоса России».
28 стран ЕС – чуть больше половины членов Совета Европы – обладают в нем контрольным пакетом голосов. И потому дискуссия в организации – это, по сути, улица с односторонним движением. Именно по этой причине блокируются попытки России и других стран выступать с альтернативной повесткой. А к несогласным с единственно правильной, генеральной точкой зрения применяются санкции. Так, российскую делегацию недавно лишили права голосовать и работать в руководящих структурах ПАСЕ якобы за ее вмешательство в дела Украины. И это притом, что настоящий сценарист нынешнего кризиса в этой стране уже себя и не скрывает. Вот такая своеобразная демократия.