"К Северному полюсу – напролом". Вице-адмирал Степан Макаров

Восьмого января 1849 года родился вице-адмирал Степан Осипович Макаров. Он известен в истории как пионер использования ледоколов, кораблестроитель, изобретатель минного транспорта, разработчик теории непотопляемости.

Уже по его фамилии можно понять, что он не из столбовых дворян. И действительно: дед его был простым солдатом. В "благородии" выбился его отец, став морским офицером. Степан Осипович пошел по стопам отца – окончил Морской кадетский корпус. Во время русско-турецкой войны 1877–1878 годов за освобождение Балкан от османского ига под руководством Макарова были впервые использованы в боевых действиях против турецких кораблей в Батуме самодвижущиеся мины – торпеды.

После войны он активно высказывался за радикальное и окончательное решение проблемы Босфора и Дарданелл: "Если мы спросим Европу о разрешении захватить Константинополь, то она не согласиться, но если мы захватим Босфор со всем флотом и через две недели будем иметь 100 тысяч войска для поддержания наших справедливых требований, то Европа, мирящаяся с силой и фактами, не захочет еще более усложнять Восточного вопроса".

Этот многовековой вопрос найдет разрешение через три десятка лет: в марте 1915 года будет заключено секретное англо-франко-русское соглашение о проливах, которое предусматривало включение после победы в Первой мировой войне Константинополя и проливов Босфор и Дарданеллы в состав Российской империи. Однако после Октября Ленин подпишет обращение к трудящимся мусульманам Востока, в котором объявит, что "тайные договоры свергнутого царя о захвате Константинополя, подтвержденные свергнутым Керенским, ныне порваны и уничтожены".

Макаров был одним из инициаторов использования ледоколов для освоения Северного морского пути. 12 марта 1887 года на заседании Академии наук он сказал: "Россия своим фасадом обращена к Ледовитому океану, и поэтому ни одна нация не заинтересована в ледоколах более нас. Природа заковала нас во льды, и чем скорее мы сбросим эти оковы, тем раньше дадим возможность развернуться русской мощи". А позднее Степан Осипович прочтет в Географическом обществе лекцию под названием "К Северному полюсу – напролом". Он говорил: "Если сравнить Россию со зданием, то нельзя не признать, что, что она своим главным фасадом выходит на Ледовитый океан... Мощный ледокол откроет дверь в этом главном фасаде, он снимет ледяные ставни с окна, которое Петр I прорубил в Европу... Природа заковала наши моря льдами, но в настоящее время ледяной покров не представляет более непреодолимого препятствия к судоходству. Я знаю, как достичь Северного полюса: надо построить ледокол такой силы, чтобы он мог ломать полярные льды. Ни одна нация не заинтересована в ледоколах столько, сколько Россия".

При поддержке Дмитрия Ивановича Менделеева Макарову удалось убедить министра финансов С.Ю. Витте выделить средства на строительство "Ермака" – первого в мире ледокола арктического класса. Степан Осипович участвовал в его разработке и строительстве. Ледокол был спущен на воду в 1898 году. А уже в 1901 году Макаров, командуя "Ермаком", совершил первую в мире арктическую экспедицию к Земле Франца-Иосифа. "Ермаку", конечно, не хватало мощности, чтобы считаться идеальным ледоколом, но, тем не менее, он оставался в строю до 1963 года. А в 1974 году был спущен на воду под таким же названием дизельный ледокол, который до сих пор входит в состав ледокольного флота России.

Русско-японская война застала Макарова на посту главного командира Кронштадтского порта и губернатора Кронштадта. Степан Осипович предвидел войну с японцами, и даже повесил в своем кабинете плакат "Помни войну!". Он подавал командованию докладные записки, в которых говорил, что именно по Порт-Артуру японцы нанесут главный удар. Барон Фердинанд Фердинандович Врангель, сын известного мореплавателя, друг и биограф Макарова, вспоминал: "Когда я был у него в гостях и спросил, доволен ли он, Степан Осипович с грустью мне ответил, что считал бы своим местом Порт-Артур. "Меня пошлют туда, когда дела наши станут там совсем плохи"".

Так оно и получилось! Сразу после начала русско-японской войны Макаров был назначен командующим Тихоокеанским флотом, срочно прибыл в Порт-Артур. Одним из первых его распоряжений стал приказ о создании радиоразведки, которой предписывалось перехватывать неприятельские радиограммы и определять, где находится их источник, а также всячески препятствовать нормальной работе японских коммуникаций. Так, наши радиотелеграфисты создали 15 апреля 1904 года для японского беспроводного телеграфа помехи, которые помешали их корректировщикам огня передавать на броненосные крейсера "Ниссин" и "Касуга" точные координаты для стрельбы по Порт-Артуру. Японские снаряды летели мимо целей. Можно сказать, это был первый успех русских специалистов по радиоэлектронной борьбе. И японская "Касуга" в апреле 1904 года стреляла мимо, так же как и в апреле 2018 года американский крейсер "Монтеррей" стрелял по Сирии.

Однако Макаров об этой победе уже не узнает: всего за два дня до этого он погибнет на броненосце "Петропавловск", подорвавшемся на мине. Вслед за этим на корабле сдетонировал боезапас. Из 730 человек, находившихся на борту, удалось спасти только 80. Помимо Макарова погиб его друг – художник-баталист Василий Васильевич Верещагин.

Многие впоследствии считали, что гибель Макарова повлияла на ход войны на море. Особенно скорбели о своем командире моряки. "Что броненосец? – говорил один пожилой боцман. – Хоть бы два, да еще пара крейсеров в придачу. Не то! Голова пропала – вот что!"

Степана Осиповича уважали не только соотечественники. Японский поэт Исикава Такубоку в 1904 году написал стихотворение "Памяти адмирала Макарова", которое впоследствии стало чуть ли не народной песней, которую японцы исполняют до сих пор – как мы "Варяга":