Последнее дело. Макрон попытался оправдать пенсионную реформу

А ведь когда-то философией предметно занимался – должен бы знать, что мысль материальна. Бредил же вслух войной высокой интенсивности? Вуаля. Пока без бомбардировок и траншей, однако армию к обороне резиденции уже подключил. Хотя на последних небывало масштабных маневрах ее не этому учили. Но верховному главнокомандующему нужно защищаться, а то что-то французы разбуянились. Еще и "Шарли Эбдо" совсем безрадостную перспективу нарисовал своей карикатурой, где гильотина отдельно, а голова Макрона отдельно, давая понять, что король-то – Людовик XVI.

При этом королю Карлу III британские СМИ уже рекомендуют воздержаться от визита во Францию. Тем более, ужин в Версале все равно отменили из соображений безопасности. Хотя пока там войну дворцам не объявляли. Но после вялой попытки хозяина Елисейского оправдаться за пенсионную реформу такое желание могло и появиться. Это интервью – лучшее, что мог придумать Эммануэль Макрон, чтоб доказать, что рейтинг его не волнует, ибо "я не собираюсь переизбираться, поскольку Конституция не позволяет". Он стал еще ниже, хотя и до того скукожился до неприличных 28 процентов.

"Я бы тоже мог замести пыль под ковер", – полагая, что метафорично, выпятил он свое "гражданское мужество" и пустил эту пыль в глаза. Слишком много было в том бахвальства и высокомерия. Правда, и не без наигранного сочувствия. "Вы думаете, мне приятно проводить эту реформу?" – напомнил он один старый анекдот. Не касайся это французов лично, они, возможно, даже рассмеялись бы и разошлись. Уж очень он походил на того товарища, что плакал и продолжал получать удовольствие, плакал и продолжал. Не факт, что самому Эмме случалось бывать на его месте, поговаривают, не по этой части, но Францию чихвостит неутомимо.

Еще и "не остановлюсь", приговаривает. "Толпа не имеет легитимности перед лицом народа, который выражает себя суверенно через своих представителей в правительстве", – решил почему-то он, что его фамилия Макиавелли. Народ этот, к слову, на 80 процентов отвергает повышение пенсионного возраста до 64-х лет, однако его представителей в Национальном собрании даже не спросили. Хотя все равно – золотые слова. Макрону бы с ними на Майдан 2014-го или на Шота Руставели 2023-го. Мятеж-то у самого нынче такой, что будь это где-нибудь на постсоветщине, назвал бы его "борьбой за права, свободы и демократические ценности".

Но в Пятой республике это говорят вместо него, уже и артикулируя необходимость ее превращения в Шестую. Имея в виду "шестерку" именно как качественно новый порядковый номер, а не то, во что не без участия Макрона превратилась их родина для США. Сам он твердит, что между опросами общественного мнения и интересами страны выберет последнее. И хотя стране его реформа неинтересна, его мысль опять способна оказаться материальной, поскольку это может быть последним, что он выберет.