Вышинский: Киев хочет, чтобы у всех европейцев бежали мурашки по спине

"Они уже завтра могли бы оказаться в Энергодаре – это с точки зрения времени и пространства. Но, как мы понимаем, время и пространство в данном случае очень сильно связаны с третьим фактором – с политическим. И еще немаловажная история – безопасность. Поскольку мы слышали, что в этой представительной делегации помимо специалистов МАГАТЭ есть еще специалисты по логистике и безопасности. Понятно, что люди из такой авторитетной организации в первую очередь будут заботиться о безопасности своих экспертов. Это вообще такой европейский принцип, что "никакая экспертиза не стоит жизни и безопасности наших экспертов". Поэтому они будут внимательно следить за сводками, поступающими из Запорожья, Энергодара, Никополя, Марганца – городов рядом с Энергодаром, которые контролируются украинской стороной. Поэтому нужно внимательно следить за тем, что будет происходить в Энергодаре и на Запорожской АЭС, будут ВСУ ее обстреливать сегодня ночью или нет – обстрелы, как правило, происходят или ночью, или под утро", – отметил Кирилл Вышинский в эфире своей авторской программы на радио Sputnik.

"Эксперты выносят какой-то вердикт. Дальше решение будут принимать политики, и это очевидно. Но экспертиза – это всегда твердые факты. Они формируют почву, на которую потом можно встать или не встать. И тогда будет очевидно, готовы ли вы идти за здравым смыслом, как это предлагают делать эксперты, или вас интересует только политический эффект во всей этой истории. Мы начали апеллировать к международному сообществу еще после истории с Бучей. Мы сказали: это страшная провокация, мы видим, что там реальные трупы, пусть приедут эксперты, поймут, кто убил этих людей – и тогда будем выносить вердикты. Но никто особенно туда не бросился. С Запорожской АЭС есть шанс вынести вердикт экспертов, и тогда у нас на руках будут аргументы: кто пытается дестабилизировать крупнейшую атомную станцию в Европе, да так, чтобы у всех европейцев бежали мурашки по спине", – сказал член Совета по правам человека.

"Это стало шоком для общества, потому что было сформулировано, что вся украинская школа должна перейти на государственный язык, исключение делалось только для крымско-татарского народа, потому что он был признан коренным. То есть он единственный сохранял возможность для создания своей национальной школы. У всех остальных – первые год или два образование на родном языке с изучением украинского языка, а дальше все переходит на государственный язык. Для территорий, где главным языком общения является русский, была введена норма, что в старшей школе 80% преподавания должно идти на украинском языке, и только 20% может быть преподавание на родном языке. То же самое было сделано для других национальных меньшинств – поляков и венгров. Был грандиозный скандал в 2017 году после принятия этой нормы, тогда впервые начались серьезные осложнения в отношениях с Венгрией. Потом были внесены изменения: в младшей школе языки нацменьшинств, принятые в Евросоюзе, могут функционировать наравне с государственным. Но для русского никакого исключения не было сделано, и стало понятно, что вся реформа была затеяна для того, чтобы выдавить русский язык из украинской школы, что в итоге и произошло", –пояснил член Совета по правам человека.