Грудью проложит себе. Эммануэль Макрон показал, что у него за пазухой

По одной этой фотографии сразу и не скажешь, чего здесь больше: "оляля" или "ауф". Вообще, Макрон ли это? Уж очень на него непохоже. И только первоисточник утечки – аккаунт его личного фотографа, который едва ли стал бы заниматься простеньким коллажем, исключает все сомнения. Это он – наш маленький Эммануэль. Но до чего же подрос. В том плане, что папарацци уже случалось ловить его топлес, однако на тех снимках ни ворсинки – девственная гладкость. А тут прямо удивительно, как он всю эту густую растительность за пазухой прятал. Впрочем, тут все удивительно.

Эта его фривольная поза, а-ля "раскинулось море широко", утопающая в светло-коричневой мягкости кожаного дивана. Эта его левая рука, игриво отброшенная на спинку, и правая – с небрежно расстегнутым рукавом белоснежной рубашки. Эта его улыбка, будто сейчас откуда-то оттуда вылетела не просто птичка, а жар-птичка и ну, давай жарить. Горячий, словом, кадр. И, конечно, его самая рабочая сторона – грудь нараспашку, а там объяснение, почему он с такой отчаянной смелостью и безудержной легкостью бросается ею на амбразуру нефтегазовой трубы из России.

Франция, говорит, как-нибудь обойдется. И не важно ему, что Франция на четверть от этих поставок зависит и что одна лишь вероятность их отмены уже взвинтила в Пятой республике цены и разогнала инфляцию. Лично он со своим природным мохером может позволить себе не только мохерить будущую зиму, но и вернуться в ту – далекую прошлую, чтобы мохерить еще и Березину. Да, вот такой он – ребрендинг Макрона для второго тура президентских выборов. Эммануэль к финалу совсем расчехлился. А эта его диванная расслабленность, кроме волосяной брутальности, видимо, должна явить еще и его абсолютную самоуверенность. Вот сижу, дескать, не парюсь.

Но ведь парится. И еще как. Причем во всех смыслах этого слова. Во-первых, с таким начесом да в теплой обстановке – это совсем не комильфо. Тем паче, если для настроения, развязности и атмосферности пропустил, как он любит, бокальчик красного полусладкого. Во-вторых, не просто же так он рискнул приоткрыть завесу тайны и показать, что он там от всех прятал. Время удивлять. И коль скоро по-прежнему сохраняется опасность, что многие на избирательных участках будут руководствоваться принципом "шерше ля фам", он решил "шерше ля фон" и сменил картинку. Сработало. Все в шоке.

Таким его еще никто не видел. Возможно, даже сама Брижит. Там у него действительно есть, что "пошерше". Хоть шерсти клок – это как минимум. Впрочем, он же, наверняка, не все свои аргументы предъявил. По всем правилам предвыборного стриптиза, самое горячее он должен был оставить под занавес.