Это и прежде выглядело мерзко, мелочно, паршиво. Но все-таки местечково. Неприятно, конечно, было осознавать, что судьбу памятника нашему маршалу решил их 36-летний оболтус, возомнивший, будто он и есть пуп этого клочка земли под названием Прага-6. Но теперь за этой пешкой, что срубила Конева, вырастают совсем другие фигуры. Тоже не бог весть какого достоинства, однако государственного уровня. Значит, и вандализм этот, выходит, того же ранга. Что, впрочем, совсем не повышает его низость.
МИД и Минобороны Чехии отказались передавать России демонтированный монумент под тем предлогом, что он является собственностью управы, ей, мол, и решать, что с ним делать. Признали они, стало быть, и право управы на снос. "Памятник не наш, поэтому мы не можем передавать то, что нам не принадлежит", – ответили Сергею Шойгу те, кого он считал своими коллегами. Обращался-то к военному ведомству как военный к военным, полагая, что и у них есть честь. Поэтому и не стал напоминать, что даже не лишенные ее враги отдавали противнику тела его солдат.
А мы-то с Чехией, хоть и не союзники, но Договор о дружественных отношениях и сотрудничестве имеем. Да и Соглашение о защите воинских захоронений тоже. Тем паче, что Москва готова была взять все транспортные расходы на себя. Но никакое это не захоронение, значит, и перенос его нарушением не считается, не сказать, чтобы очень уж дипломатично увернулись от ответственности в чешском Министерстве иностранных дел. Коль, говорят, местные власти захотели сдать памятник полководцу-освободителю в архив музея ХХ века, то туда ему и дорога.
С сентября глава этого столичного района некто Коларж пытался разобраться с Коневым, как он полагал, по-мужски. Это веревку на шею и бульдозером вниз. Люди мешали. Митинговали, отстаивали, не давали развернуться. А тут пандемия. Жесткий карантин. Ни души. Самое время – придушить. "Это потому, что он без маски", – типа пошутил Коларж при сносе. Так она здоровым и не нужна. А вот некоторых чехов надо зачехлить и держать их не только в маске, но и провентилировать им кое-что можно. Не легкие, а память о тех тяжелых днях, от которых маршал их избавил.
По мнению их ревизионистов, это ничуть не извиняет его за якобы участие в подавлении "пражской весны". При этом даже они не могут это доказать. Напирают на то, что он, дескать, лучше других советских военачальников ориентировался в городе. Освобождал же его, рассматривают местные русофобы этот факт как отягчающее, а не смягчающее обстоятельство. Хотя в таком случая здесь каждый дом – улика против Конева, это же он приказал бить фашистов сильно, но аккуратно, чтобы сохранить архитектуру Праги.
Прошли годы. И сюжет почти библейский. Если есть спаситель, то обязательно найдутся те, кто умоет руки. Там, где стоял памятник, теперь пусто. Только место. И в нем уже ничего святого.
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
