Цена майских фьючерсов на нефть марки WTI поднимается в то же время на 12,48%, до 23,43 доллара за баррель.
Накануне цены на нефть падали на 13-21%. Brent дешевела до минимума с 12 мая 2003 года, 26 долларов за баррель, WTI ‒ до минимума с 1 марта 2002 года, 23 доллара за баррель.
Экономист, преподаватель РАНХиГС при Президенте России Владислав Гинько в эфире радио Sputnik отметил, что глубина падения цен в среду является одним из исторических минимумов.
«
"То, что мы наблюдаем, является, конечно, беспрецедентно низкой ценой. Сравнивая абсолютные цифры по нефти в долларах (в разные периоды времени, ‒ ред.), мы должны учитывать, что доллар США, как и почти все валюты в мире, испытывает девальвационные эффекты. Поэтому нужно понимать, что доллар сейчас ‒ это не тот же самый доллар, что был 10 лет назад. Поэтому те цены на WTI и Brent, что были к сегодняшнему утру, с учетом реальной покупательной способности доллара стали одним из исторических минимумов по нефти… Фьючерсы на нефть отражают настроения инвесторов относительно будущего ‒ они так оценивают, что экономика будет и дальше замедляться. Соответственно, они вкладывают эту премию за риск в будущую цену на нефть", ‒ объяснил Владислав Гинько.
Обратная тенденция может сформироваться очень быстро, считает он.
«
"Все может и должно повернуться в другую сторону, как только будет понятно, что в значительной степени снимаются карантинные меры, этот маятник обязательно качнется в другую сторону. Инвесторы, когда видят дно, видят ценовой минимум по тому или иному активу, они начинают приобретать эти активы, финансовые инструменты. И активы начинают расти в цене, причем дорожают, бывает, даже более быстрыми темпами, чем падали, потому что все хотят включиться в волну повышения", ‒ отметил Владислав Гинько.
Он уточнил, что долгосрочный тренд на повышение начнется только после того, как станет ясно, что мировая экономика начала восстанавливаться.
«
"Все зависит от ситуации с коронавирусом в мире. Инвесторы ‒ первое ‒ пока не понимают, как долго продлятся карантинные мероприятия. И второе ‒ они не понимают, каков будет окончательный эффект для экономики. До конца это сейчас не ясно, пока никто не сможет предсказать, как быстро, например, Китай восстановит свое производство и сколько в итоге потребуется нефти", ‒ сказал Владислав Гинько.
Страны ОПЕК+ 6 марта не смогли договориться ни об изменении параметров сделки о сокращении добычи нефти, ни о ее продлении. В результате с 1 апреля снимаются ограничения по добыче нефти в странах-участницах прежнего альянса. Это вызвало обвал на нефтяном рынке, 9 марта падение цен достигало 30%.
