Гравюра "Штурм Измаила 11-22 декабря 1790 года под командованием А.Суворова"
Сегодня – День воинской славы России: День взятия турецкой крепости Измаил российскими войсками под командованием Суворова.
Хотя на самом деле, если уж быть совсем точным, это произошло 22 декабря (11 декабря по старому стилю) 1790 года в ходе второй русско-турецкой войны 1787‒1791 годов.
О взятии Измаила Суворов рассказывал очень коротко, приблизительно так:
"Гордым Бог противится. Три раза посылал я требовать сдачи, писал: двадцать четыре часа на размышление ‒ и воля. Первый мой выстрел ‒ уже неволя. Штурм ‒ смерть.
Что же? Получаю от паши ответ: "Прежде переменит Дунай свое течение, прежде ниспадет небо на землю, нежели Измаил сдастся".
Вдруг гордыня у наших ног. Бог наш спаситель; великая Царица на Престоле; войско победоносное. Едва успел сказать: храбрые воины! Два раза подступали наши к крепости, в третий победим со славою ‒ и уж чудо-богатыри в крепости!"
То, что турки в Измаиле будут стоять насмерть, было понятно с самого начала. От султана поступил указ, в котором он обещал казнить каждого, кто покинет крепость. К тому же Измаил, построенный с помощью французских инженеров, считался неприступной цитаделью – самой мощной в Европе.
Но русские войска, узнав, что командовать штурмом будет сам Суворов, пришли в неописуемое воодушевление. И все были уверены: крепость будет наша!
CC0 / /
Участвовавший в штурме волонтером в русской армии французский офицер герцог Арман Эммануэль дю Плесси Ришелье (будущий "дюк", один из отцов-основателей Одессы) вспоминал, что "посреди лагеря он заметил несколько человек солдат вокруг совершенно голого человека, который скакал по траве и выделывал отчаянную гимнастику.
‒ Кто этот сумасшедший? ‒ спросил Ришелье своего спутника.
‒ Главнокомандующий граф Суворов, ‒ сказали ему.
Суворов, заметив иностранца (на Ришелье был мундир французских гусар – мое прим.), поманил его к себе.
‒ Вы француз, милостивый государь?
‒ Точно так, генерал.
‒ Ваше имя?
‒ Герцог де Фронсак (Ришелье среди прочего имел и такой титул – мое прим.).
‒ А, внук маршала Ришелье! Ну, хорошо! Что вы скажете о моем способе дышать воздухом? По-моему, ничего не может быть здоровее. Советую вам, молодой человек, делать то же. Это лучшее средство против ревматизма!
Суворов сделал еще два или три прыжка и убежал в палатку, оставив Ришелье в крайнем изумлении".
© Public Domain
Арман-Эммануэль де Ришелье. Портрет работы Т. Лоуренса из собрания Елизаветы II
Кстати, герцог будет награжден за Измаил орденом Святого Георгия IV класса и золотым оружием "За храбрость".
А тем временем истек срок ультиматума Суворова. И он отдал приказ о штурме. Похвальная привычка была у нашего полководца – у него слово никогда не расходилось с делом.
В 5 часов 30 минут утра начался приступ. К 8 часам утра все крепостные укрепления были взяты. Но кровавая битва на улицах города шла еще целых восемь часов.
Военные специалисты потом говорили, что штурм Измаила Суворовым – это как виртуозно сыгранная музыкальная пьеса.
Кутузов, командовавший одной из девяти штурмовых колонн, а после взятия Измаила назначенный Суворовым комендантом покоренной крепости, писал на следующий день жене: "Век не увижу такого дела. Волосы дыбом становятся. Вчерашний день до вечера был я очень весел, видя себя живого и такой страшный город в наших руках. Ввечеру приехал домой, как в пустыню… Кого в лагере ни спрошу, либо умер, либо умирает. Сердце у меня облилось кровью, и залился слезами. К тому же столько хлопот, что за ранеными посмотреть не могу; надобно в порядок привести город, в котором одних турецких тел больше 15 тысяч… Корпуса собрать не могу, живых офицеров почти не осталось".
Репродукция картины "Портрет Михаила Илларионовича Кутузова" художника Джорджа Доу
Турецкие потери составили 29 тысяч человек убитыми. Огромное количество османов сдалось в плен. Потери русской армии составили 4 тысячи человек убитыми и 6 тысяч ранеными. Были захвачены огромное количество орудий, свыше 400 знамен, огромные запасы провианта и драгоценностей.
Таковы военные итоги взятия Измаила. Политические были еще более огромными. Эта победа как громом поразила всех недоброжелателей (или, если говорить дипломатично, "коллег") России в Европе, особенно Британию, которая в то время как раз сколачивала антирусский альянс. А турки и вовсе пребывали в панике. Вскоре они поспешили заключить с Петербургом Ясский мир, который окончательно подтвердил присоединение Крыма к России и установил русско-турецкую границу по реке Днестр. В состав России вошло все северное Причерноморье от Днестра до Кубани...
Суворов, который, как известно, не останавливался ни перед каким смелым предприятием, смотрел на измаильский штурм как на дело исключительное.
CC0 / Николай Шабунин /
Картина "Отъезд А.В. Суворова из села Кончанского в поход 1799 г."
Года два спустя, проезжая мимо одной крепости в Финляндии, он спросил своего адъютанта: "Можно взять эту крепость штурмом?". Адъютант отвечал: "Какой крепости нельзя взять, если вы взяли Измаил?". Суворов задумался и, после некоторого молчания, заметил: "На такой штурм, как измаильский, можно пускаться лишь один раз в жизни"...
Автор Владимир Бычков, радио Sputnik
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен и присоединяйтесь к нашему Telegram-каналу.