Тринадцатого ноября 1917 года в московском храме Большого Вознесения отпевали жертв вооруженного выступления большевиков в Москве во время Октябрьской революции. Бои были длительные, кровопролитные и упорные. Именно с этих сражений многие историки ведут отсчет начала Гражданской войны, а вовсе не с разгона Учредительного собрания в январе 1918 года.
Один характерный эпизод московских боев описала сестра милосердия Нестерович-Берг: "В Охотном ряду, на мостовой лежал раненый юнкер с простреленной грудью и желудком. Я нагнулась над ним, хотела сделать перевязку. Но тут как из-под земли возникли два красногвардейца. Закричали:
– Что, эту сволочь перевязывать?
И штыками винтовок прокололи мальчику грудь. Я плакала и кричала, что раненых не добивали даже немцы на фронте. На что один из молодчиков ответил мне:
– Нынче, мамзеля, мода другая. Это буржуй, враг народа!"
Первых жертв Гражданской войны – юнкеров, студентов – отпевали в церкви Большого Вознесения у Никитских ворот. В этом храме некогда венчался Пушкин с Натальей Гончаровой. Очевидец писал: "Большевики хоронили "своих" без отпевания в красных гробах на Красной площади. Их противников отпевали в церкви Большого Вознесения. Помню тяжелую картину этого отпевания. Рядами стоят открытые гробы… Весь храм заставлен ими, только в середине – проход. А в гробах покоятся, словно срезанные цветы, молодые, красивые, только что расцветающие жизни: юнкера, студенты. У дорогих останков толпятся матери, сестры, невесты… много венков, много цветов… Невиданная, трагическая картина. Я был потрясен… Похороны были в ужасную погоду. Ветер, мокрый снег, слякоть… Все прилегающие к церкви улицы были забиты народом – простые женщины, рабочие и солдаты. Они плакали! Они пришли сюда почтить память тех, кто боролся за гражданский мир".
Похоронная процессия направилась по Тверскому бульвару к Петроградскому шоссе, ведущему на Братское кладбище. К вечеру, в темноте, процессия вступила на кладбище: в свете мигающих факелов, под снегом и ветром гробы стали опускать в могилу".
Митрополит Евлогий вспоминал: "Невиданная, трагическая картина. Я был потрясен… В надгробном слове я указал на злую иронию судьбы: молодежь, которая домогалась политической свободы, так горячо и жертвенно за нее боролась, готова была даже на акты террора, – пала жертвой осуществившейся мечты".
Потрясенный увиденным Александр Николаевич Вертинский написал знаменитую песню "То, что я должен сказать":
Я не знаю, зачем и кому это нужно,
Кто послал их на смерть не дрожавшей рукой,
Только так беспощадно, так зло и ненужно
Опустили их в Вечный Покой!
За этот романс Вертинского забрали в Чрезвычайную комиссию. Он сказал чекистам: я могу не петь романс, но вы не можете мне запретить их жалеть! На это ему ответили: "Надо будет, и дышать запретим!".
Кстати, Всехсвятское Братское кладбище было открыто в 1915 году – на нем хоронили павших в Первую мировую войну. После 1918 года оно было превращено в расстрельный полигон Чрезвычайной комиссии. А потом воинский мемориал и вовсе почти полностью сравняли с землей.
Спустя 78 лет, 17 ноября 1995 года, на территории бывшего Братского кладбища был установлен памятный крест с надписью: "Юнкера. Мы погибли за нашу и вашу свободу"…
В этом выпуске вы также услышите:
– Министр народного просвещения князь Ширинский-Шихматов.
– Скульптор Опекушин, автор знаменитого памятника Пушкину.