Первый блин – роллом. Глава Форин-офиса попросил, чтобы его сняли

И это Джереми Хант еще даже в Форин-офис не переехал. В резиденции главы министерства иностранных дел Великобритании почему-то по-прежнему обитает Борис Джонсон. Видимо, не может покинуть этот МИД, пока не убедится, что ему подобрали достойную замену. Если так, то теперь его, наконец, должно отпустить. То ли Борис Джереми укусил. То ли у них по-другому просто нельзя. Но новый шеф внешнеполитического ведомства оказался логичным продолжением предшественника. Правда, в отличие от Джонсона Хант еще не разучился краснеть и исправлять речевые ошибки. 

Уже в первом своем выезде он показал, что дипломатия для него – это не пустой звук. Слово, которое – не "воробей", а "японка". Хотя лучше бы он назвал свою жену Люсию Гуо воробьем, а не японкой. Потому что в Пекине, где он это произнес – свое представление о том, хуже кого непрошеный гость. Впрочем, к самому Ханту это не относится. Во-первых, здесь его ждали. Во-вторых, выходит, что не зря. Он оказался не хуже, а забавнее. Всего-то в должности без году три недели, а уже попросил, чтобы его сняли. В смысле, еще раз, когда понял, в какой переплет он попал. 

Со вторым дублем справился на все сто. Сказал, что и жена – китаянка, и дети наполовину китайцы, и теща с тестем живут в Сиане, и родственники по всей Поднебесной. Но даже если бы он для убедительности вскочил на табурет и, как внучка Трампа – Си Цзиньпину, исполнил что-нибудь на языке Конфуция, китайцев, что сидели напротив него, уже было не переубедить. Природная вежливость и дипломатический этикет позволили им после того, как они просмеялись, сделать вид, что ничего не произошло. Но они уже поняли, с кем имеют дело. Все эти британские министры – на одно лицо. 

Правда, этот, наверное, и сам не ответит, что на него нашло. Ехал же с одной целью – понравиться. Вероятно, ему просто не сообщили, кому. Привезли втемную, а когда сняли повязку – он увидел одинаково радушные глаза, ну и решил, что вернулся. Он же два года в Японии английский преподавал. И ведь действительно хотел как лучше – подобраться к принимающей стороне по-родственному. Но получилось, как если бы самого Ханта назвали манси. Впрочем, ханты и манси – народы хотя бы близкие. А у китайцев с японцами совсем не только территориальный антагонизм. Ему здесь простили бы даже, назови он жену кореянкой. Особенно если бы северокореянкой. 

И это еще хорошо, что он своего коллегу о России расспрашивать не стал. Ван И же так легко перепутать с И-ван. Из-за этого, однако, глава МИД КНР точно бы не расстроился. И, наверное, уже бы и не удивился. Вообще, трудно сказать, где на Ханта обиделись больше: в гостях или дома. Обидней должно быть ему самому. Такая реприза пропала. Вот что ему теперь в Японии говорить? Впрочем, для начала ему надо что-то сказать жене. Например, "палочки, рис, зеленый чай – у вас же так много общего". Да и женился, мол, не по паспорту, а по любви. Хотя его песням о том, что "только у любимой могут быть такие необыкновенные глаза" она теперь не поверит. 

Что касается китайцев, то после такого они вряд ли запомнили весь разговор с Хантом. Да и самого Ханта тоже. А смысл? Может, кстати, он потому и не переезжает в Форин-офис, что тоже понимает, что это ненадолго.

Автор Михаил Шейнкман,радио Sputnik 

У радио Sputnik отличные паблики ВКонтакте, Facebook и Одноклассники. А для любителей ярких и наглядных новостей, – наш Instagram.