В стиле богомола. Трамп решил сказать Мюллеру все

"Да за кого они меня принимают?" – не выдержал Трамп и сам решил пойти к Мюллеру, чтобы все сказать ему лично. В смысле, дать показания. "По правде говоря, жду этого с нетерпением", – заявил он журналистам. И тут же предположил, что произойдет это "в течение двух-трех недель". И то верно, что откладывать. С этим "российским делом" спецпрокурор и его люди мало того, что ищут черную кошку в темной комнате, так они еще и кота тянут за то, за что самого Трампа этим бесконечным расследованием крепко держат. А это, между прочим, крайне неприятно и неудобно. Шагу ступить нельзя. 

Хотя он сам признался, мол, "были демоны – мы этого не отрицаем. Но они самоликвидировались. Так что прошу эту глупую панику прекратить". Сказал, правда, иначе. Поскольку процитируй он наш фильм "Иван Васильевич меняет профессию", ему бы тут же "Семнадцать мгновений весны" припомнили. И к Мюллеру уже можно не ходить. Тот сам бы пришел. С ордером. Но суть заявления президента, переданная его пресс-секретарем, была примерно той же, что и у Милославского. Он считает версию о вмешательстве России правдивой, но причастность к этому опровергает. 

Иными словами, не соучастник он и даже не свидетель. Он, если разобраться, тоже жертва. Впрочем, что разбираться, можно и прочитать. Доказательства – во всех книжных магазинах. А полтора миллиона экземпляров уже на руках. Хоть какая-то польза от этого, как его сам Дональд называет, "пасквиля" – "Огонь и ярость: в коридорах Белого дома Трампа". Там же ясно написано, что ни Трамп, ни его жена не хотели этой победы. Значит, и он потерпевший. И о чем тут еще говорить? Но Мюллер, лишь узнав о готовности главного фигуранта прийти на допрос, тут же дал понять, что вопросы здесь задает он. 

Спецпрокурор передал юристам Белого дома темы, по которым он хотел бы кое-что выяснить. Ничего нового. Президенту надо ответить, препятствовал ли он поиску "российского следа" и существовал ли какой-либо сговор между ним и Кремлем. "Кто же так допрашивает?", – от обиды за фамилию где-то перевернулся шеф гестапо. А где неожиданные ходы, неприятные сюрпризы, припирающие к стенке? Он бы еще позволил подчистить улики и убрать свидетелей. Хотя… ни Флинна, ни Коми ведь уже нет. О причинах их устранения, кстати, Мюллер тоже намерен у Трампа поинтересоваться. 

Тот, понятно, скажет не больше того, что уже говорил. Но для протокола и, как сам допустил, под присягой. Чтобы почувствовали разницу, тут же спросил у журналистов, "давала ли Хилари показания под присягой?". Муж ее точно давал. С трудом отскочил. А ведь у него пятна были совсем иного рода. К тому же как бы и не на его мундире. Тем не менее, для Трампа сходить к прокурору – что на исповедь. Все как на духу. Он показывает, что готов играть по их правилам. И по их правилам выигрывать. 

Дело в том, что Мюллер Трампу не подчиняется. И если бы президент все же его уволил, а такие полномочия у него есть, то это немедленно восприняли бы как явку с повинной. Кажется, Мюллера для того и назначали, чтобы он Трампа в конце концов достал. В любом смысле этого слова. Но если и после показаний расследование не сдвинется, у президента появятся все основания для того, чтобы его прикрыть. Образно говоря, он, как самка богомола, хочет вступить в контакт, а потом оторвать голову. Хитро. Проблема лишь в том, что он ведь и о себе все еще думает, что – самец.

Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik