Снятая на видео игра в салочки – кого этим удивишь? Никого. А если играют голые половозрелые мужчины и женщины? Хм, тогда пометьте это "кино" значком возрастного ограничения и смотрите дальше. Ну а если вам скажут, что играют в газовой камере бывшего нацистского концлагеря – будете смотреть? В Польше говорят – будем. Израиль возмущен и требует объяснения.
"Игра в салки" (The Game of Tag) – название работы польского фотографа и видео-художника Артура Жмиевского. Он снял ее еще в 1999 году и как образец видео-арта пытался представить на выставке в Берлине "Польша – Германия: 1000 лет искусства и истории". Не вышло – берлинская еврейская община не позволила. Вышло через несколько лет и уже на родине Жмиевского – в Краковском музее современного искусства.
Антропологический перформанс стал частью проекта "Польша – Израиль – Германия: опыт Аушвица". Музейный сайт рекомендовал его как один из способов осмысления "объектов болезненной памяти", а зрителей видео предупреждала табличка: "спорный контент".
С тех пор прошло два года, и вот – новая волна возмущения общественности Израиля: стало достоверно известно, что именно выбрано для съемок в качестве "локации", как выражаются актуальные художники. Это мемориальный комплекс на месте "концентрационного лагеря первой степени" Штуттгоф. Который был первым в Польше (работал с 1939). В котором вообще многое совершалось впервые – медицинские эксперименты над людьми, варка мыла из человеческих тел…
В упомянутом к Анджею Дуде обращении израильтян вопросов лично к Артуру Жмиевскому нет. Да и что спрашивать, если тот никогда не отрицал, что "работает с правым дискурсом" и что "ощущение фашистского духа привлекает внимание".
Польского президента просят хотя бы пояснить, какие правила поведения существуют в комплексе Штуттгоф, внесенном в Государственный реестр музеев Польши. Вот, например, "кощунственная мерзость", как прокомментировали видео в Центре Визенталя, – это посетителям разрешается?..