"Мы хотим разумных отношений с Москвой, но мы знаем, что это должно происходить с позиции силы", – объявила она. А затем добавила: "Должно быть ясно, что мы заинтересованы в разрешении конфликтов за столом переговоров". И вот вроде бы "должно быть ясно", а совсем не ясно: так с позиции силы или за столом переговоров. Потому что когда и то, и другое вместе, в смысле сила за столом, – это армрестлинг, а не политика. А в этом деле ни у Ляйен, ни у Меркель шансов нет. Все-таки руки – это не самые выдающиеся их части тела. Хотя, если судить по их пассажам, и голова тоже.
Если же глава бундесвера имеет в виду иные силовые варианты, то с этого места хотелось бы поподробнее. Впрочем, все ходы и так прописаны в учебниках, мемуарах, приговорах Нюрнбергского трибунала. Читала она их или нет, теперь точно не скажешь. Но, наверное, понимает, что у России она со своей позицией силы не первая. Знает, что сформулировал этот нехитрый принцип новый шеф Пентагона Джеймс Мэттис, когда дебютировал в феврале на саммите министров обороны альянса. Прошла весна, настало лето. Спасибо Мэттису за это. Ничего не изменилось. Россия не захватила Польшу, не оккупировала Прибалтику. Значит, работает методика.
А чем Урсула хуже "бешеного пса", если она тоже Ляйен, а караван идет. И с памятью у нее не все так плохо. Только она у нее слегка дырявая. Помнит, например, что Германия 40 лет получала выгоду от НАТО и защищала свои границы. А почему 40, если Германия в НАТО больше 60-ти – не помнит. А у подруги Ангелы спросить стесняется. Видимо, чтобы биографию не бередить. Ведь когда та была Каснер, ее Германия, которая ГДР, защищалась от НАТО. Но когда это было. А теперь, говорит Ляйен, надо предоставить такую же защиту восточным соседям и таким образом отдать долг.
Дональд Трамп, правда, предпочел бы деньгами. Но натурой, быть может, тоже примет. Тем более, если об этом его попросит сама Урсула. Все-таки она осталась верна своей первой профессии. Медик по образованию, акушер-гинеколог по профилю, она прославилась в немецкой армии тем, что ввела курс сексуального образования. Стало быть, в последовательности ей не откажешь. Теперь переходит к выбору позиции. Ей бы не помешала консультация специалистов хотя бы этого дела, если она к историкам обращаться не хочет. Они скажут: насильно мил не будешь. Тем более, если сил хватает только на разговоры.
А что касается нелицеприятных аналогий, то Ляйен, когда узнала о нацистских разговорчиках в строю и увлечении некоторых военных идеологией фашизма вплоть до вывешивания в казармах портретов фюрера, неподдельно возмутилась. Теперь понятно, почему. Ее фотография там смотрелась бы не хуже.