26 апреля 1977 года Стив Рубелл и Ян Шрагер открыли в Нью-Йорке ночной клуб Studio 54. Заведение быстро стало культовым и всемирно известным: оно прославилось своими эпатажными вечеринками, распущенными нравами и жестким фейсконтролем, пройти который могли даже не все знаменитости. Отбором посетителей владельцы клуба занимались лично. Постоянными гостями Studio54 были Лайза Минелли, Энди Уорхол, Элизабет Тейлор, Мик Джаггер, Майкл Джексон, Арнольд Шварценеггер, Сильвестр Сталлоне, Джон Траволта, Кельвин Кляйн, Михаил Барышников и многие другие. Через полтора года после открытия заведения Стив Рубелл и Ян Шрагер были арестованы и затем получили тюремные сроки за сокрытие доходов и неуплату налогов. Клуб просуществовал всего 33 месяца, но за это время успел стать настоящим культурным феноменом и своеобразным символом эпохи диско на Западе.
Сходная судьба – практически у всех знаменитых клубов. Но им на смену всегда приходят новые площадки.
Клубная жизнь и культура – это бессмертные явления, как и сама музыка, сказал в эфире радио Sputnik диджей, музыкант, организатор развлекательных мероприятий и фестивалей, радиоведущий Владимир Фонарев.
"Надо дальше копать: шаманы, мамонты, танцы, костры, пещеры, индейцы – все оттуда. Всегда люди искали музыку и до сих пор не понятно, что было первым: звук или движение, ритм или мелодия. Все пришло от нашего первобытного состояния, желания слышать звуки и воспринимать их и двигаться под них – будь то балы, будь то танцевальные площадки 50-х годов, игра на гармошке. Всегда люди хотели и общаться, и танцевать, и двигаться", – сказал Владимир Фонарев.
DJ Фонарь не согласен с существующим стереотипом клубной тусовки, которая ассоциируется у многих лишь с пафосом и лицемерием. Самое главное в любом заведении – это музыка и танцы, и все больше площадок открывают свои двери для всех, а не только для избранных.
"Я радуюсь, что мы пережили эпоху лакшери и фейсконтролей, потому что считаю, что музыка для масс. Нельзя делить. В какой-то степени я с благодарностью вспоминаю 90-е годы, когда на танцполе можно было найти абсолютно разных людей: неформалов, бизнесменов, гангстеров и гламур, и все танцевали и совершенно комфортно себя чувствовали. Потом пошла сегментация: для одних – это, для других – то, кому-то победнее, кому-то погламурнее. Сейчас люди, которые приезжают, например, на фестивали, совершенно разных социальных статусов, и все статусы остаются за пределами этих фестивалей и этих площадок. Я – за это, потому что мы все люди, и этот пафос пусть остается на переговорах, на бизнес-встречах", – отметил музыкант.