Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
Он хотел въехать в город на белом коне, а ему подложили свинью. Причем еще неизвестно, кто постарался больше. Корейские родственнички, что, судя по всему, достаточно успешно пользовались его фамилией как своей. Или американские друзья, что использовали его самого как своего. Он-то все эти восемь лет верой и правдой помнил, кому он обязан должностью генсека ООН. А они, стоило ему сдать дела, тут же их завели. Пока лишь на его брата и племянника. Но, во-первых, каждый из них – это тоже Пан. А во-вторых, и он, похоже, понял, что пропал.
"Я озадачен и смущен, что близкие члены моей семьи стали принимать участие в чем-то подобном", – грустно сказал Пан Ги Мун перед вылетом из Нью-Йорка в Сеул. Сказал так, словно для него их виновность – это уже не вопрос. Вопрос в том, почему федеральный суд Манхэттена предъявил им попытку подкупа именно сейчас. Не новичок в политике, он же в курсе, что в ней такие совпадения случайными не бывают. Как наверняка знает и о методах работы американского правосудия. Оно само решает, когда, кого, за что и как надо брать. Независимо от того, есть улики или их нет. И даже если допустить, что на Панов они есть – а похоже на то – появились же они не вдруг.
Брату с племянником "шьют" участие в многоступенчатой криминальной схеме по продаже комплекса зданий во Вьетнаме на 800 млн долларов. Очевидно, что их давно вели и ждали подходящего момента, чтобы накрыть. Ну и подождали бы еще, хотя бы до лета, вправе теперь подумать главный Пан. Вот выиграл бы он досрочные президентские выборы в Южной Корее, потом – пожалуйста. Тоже неприятно, но и только. Зачем же сейчас-то портить ему кредитную историю? Выходит, именно этого и хотели. И это, вероятно, напрягает экс-генсека сильнее нечистоплотности членов его семьи.
Хотя вроде бы ни в чем перед Штатами не провинился. В ином случае мир узнал бы правду о его родственниках гораздо раньше. А быть может, и не только о них. Но и об их родственнике. Ведь не исключено: это именно ему, Ги Муну, дали понять, что руки американской Фемиды и до Сеула дотянуться смогут. А пока они любезно позволили ему уйти. Если что – знают, где искать. Им, конечно, нужен свой человек во главе Южной Кореи. Но им вполне может стать любой, кто будет благодарен Вашингтону за то, что вовремя дискредитировал фаворита. Если все-таки победит он, то он и так у них на поводке. США обеспечивают себе беспроигрышный вариант.
Для самого Пана он уже отнюдь не выглядит таковым. Проблемы родственников напрямую его, конечно, не касаются, но и между ними кроме фамилии можно обнаружить нечто родственное. По крайней мере, корейского обывателя уже терзают смутные сомнения. "У Шпака – магнитофон. У посла – медальон". В смысле, Пан Ги Муна на родине тоже обвиняют во взятке. Только не в даче, а в получении. И тоже связывают это с вьетнамскими делами. По данным местных СМИ, крупный бизнесмен Пак Ен Ха в своих дебетах и кредитах напротив ФИО будущего генсека дважды в 2005 и 2007 годах вписывал круглые суммы: 200 тысяч и 30 тысяч долларов.
Тот, естественно, все это решительно отверг и пригрозил по возвращении разобраться с клеветниками. Все ж дым отечества – он сладок и приятен. Но там теперь думают, что без огня этого дыма не бывает. Тем более, когда у них и так все горит. От стыда за нынешнего президента Пак Кын Хе. Так ее под импичмент подруга подвела. А тут-то и вовсе – родня. Накануне ухода из ООН Пан Ги Мун признал, что "чувствует себя Золушкой". То есть, пробил час, окончен бал, карета – в тыкву. Он-то, наверное, так сказал с расчетом на дворец. Президентский, в Сеуле. Но, похоже, дела обстоят так, что лучше бы он свою туфельку не терял. А то, ведь, по ней будет проще на него выйти.
Подписывайтесь на канал радио Sputnik в Telegram, чтобы у вас всегда было что почитать: злободневное, интересное и полезное.