Автор Михаил Шейнкман
В таком составе они больше не встретятся никогда. Думал ли Барак Обама по пути в Ханчжоу о роли и месте своей личности в истории – неизвестно. Но, наверное, хотел на последнем для себя саммите "двадцатки" произвести сильное впечатление. Получилось. Этот эпизод точно войдет в анналы. Мало того, что его опустили с небес на землю, так еще и не до конца. Теперь уже не важно, из-за чего китайцы не подали трап с красной дорожкой. Американцы говорят, дескать, сами от него отказалась из-за того, что местный водитель не понимал инструкции службы безопасности президента США, поскольку не владел английским. Но, во-первых, это именно там прозвучало: "Это наша страна и это наш аэропорт". А, во-вторых, как ни крути, а Обама со всей своей исключительностью сразу оказался в хвосте. Оттуда и вышел.
Как говорится, у него с собой было. Причем, не только запасная лестница, но и установки, правила, рецепты. Однако в Китае пригодилась только она. Обама сам потом призовет не уделять этому инциденту внимание. Но в его "главное, что мы сохраняем свои ценности" уже было признание того, что задели его по самое мировоззрение. Тем более, знал же наверняка, что ко всему прочему еще и Путина здесь назвали "гостем номер один". Он, конечно, отомстит. Несмотря на призыв Си Цзиньпина оставить политические разногласия и посвятить эти два дня экономике, подденет его с Южно-Китайским морем. Но это будут кулаки после драки. И даже вместо.
Обама, кстати, погрозит ими еще раз. России. До того, как сам же и попросит ее президента о личной встрече на полях. Чтобы остаться в истории – по крайней мере этого саммита – все-таки с Путиным, а не с трапом. К моменту их рандеву "двадцатка" уже неоднократно распадется на "двойки". Дипломатическая карусель с первого дня закрутилась такая, что взоры только и успевали выхватывать из общей массы то одну, то другую пару. Больше всего лидеры стремились оказаться "в изоляции" с Владимиром Путиным. Там захотели побывать представители едва ли ни всех континентов.
Вообще, несмотря на строгость повестки, этот саммит, как ни странно, оказался со вполне человеческим лицом. Хоть и с разными выражениями. Но он был полон простых и понятных эмоций. Скажем, то, что для Обамы в последний раз, для Терезы Мэй – впервые. И она после встречи с президентом США спешит на встречу с Путиным, словно и не расслышав предупреждение предыдущего кавалера о том, что Вашингтон с Лондоном и впредь будут сдерживать Россию. А Мэй не сдерживает себя и, лишь увидев легендарного Путина, от волнения и в нарушение протокола плюхается в кресло, выдавая желание быстрей начать. Хотя "плюхается" – это не ее формат. Сколько в этой леди железа – неизвестно, но ее грациозность уже выдает в ней точеную фигуру. "А в жизни она даже лучше, чем по телевизору, и даже чем по телефону", – вполне мог бы оценить ее внешний вид Владимир Путин. Но сказал о видах на сотрудничество.
Что он сказал Ангеле Меркель – осталось между ними. Судя по фото и видеокадрам, та, казалось, весь день не отходила от Путина. Вдруг появится рядом во время его беседы с Назарбаевым и Эрдоганом. Потом станет по соседству на одном из коллективных фото. Во время концерта, говорят, тоже была на расстоянии вытянутой руки. Иными словами, вела себя так, будто боялась его потерять. А ведь кроме нее в очередь записывались лидеры Турции, Франции, Египта, Аргентины, преемник наследного принца Саудовской Аравии.
Обама, конечно, тоже не скучал. Но там, где был он, звучали угрозы. А там, где Путин – надежды. Конечно, никакой связи, но, может быть, и не случайно, что на следующем саммите останется только один из них. В Ханчжоу же, несмотря на призыв Си Цзиньпина стать одним коллективом и у этой "двадцатки" – опять "двойки". Хотя одна "пятерка" у нее все-таки была. БРИКС.