Автор Михаил Шейнкман
Нынче рано партизаны фронт покинули родной. Кажется, что в Колумбии это что-то невероятное. Здесь, конечно, тоже всегда знали, что любая война рано или поздно завершается миром. Но за 50 с лишним лет гражданского противостояния как-то привыкли об этом не думать. 220 только официальных тысяч убитыми. Раненых и пропавших уже давно перестали считать. Миллионы перемещенных лиц. Один из самых продолжительных конфликтов на земле. Три поколения боевых действий. Многие из их участников уже и не скажут, с чего все началось. Но и они, наверное, счастливы, что все заканчивается.
Скептики, правда, в историческом соглашении между правительством и Революционными вооруженными силами Колумбии (FARC) видят не одну точку, а сразу несколько. В том числе и горячих. Говорят, что вооруженную инерцию так просто не остановить. Но это многоточие – все-таки после слова "мир". Юридически до него осталось три шага. Текст должен одобрить парламент и принять съезд группировки. Он впервые пройдет открыто. Затем 2 октября – общенациональный референдум. И если "да", то леворадикальные боевики, обычно именуемые здесь "террористами", выходят из леса, сдают оружие и возвращаются к нормальной жизни.
По замыслу, она откроет перед ними гораздо больше политических перспектив, чем прицел. По условиям документа, до 2018 года мятежники получат места в парламенте без голосования избирателей, а затем смогут принять участие в выборах наравне с легитимными партиями. Ко всему прочему, мирный договор предполагает амнистию для тех, у кого не было вариантов, кроме классовой борьбы. И трибунал для тех, кто вел ее с кровожадной жестокостью. Причем с обеих сторон.
Пункт за пунктом, руководствуясь принципом "пока не согласовано все – не согласовано ничего", четыре года они сближали взгляды на общую родину на некотором расстоянии от нее. И это, возможно, тоже расположило повстанцев. Во-первых, потому что переговоры велись так, как они привыкли. Втайне. В смысле, по-партизански. Во-вторых, в Гаване. Все еще столице латиноамериканского социализма. А значит, и их столице. Место встречи, не исключено, сыграло в этом деле определяющую роль. Ведь тоже видели, как на Остров свободы в кои-то веки президент США спустился. Куба колумбийцам на себе показала, как можно выйти из полувекового конфликта, сохранив свои установки. На этом, собственно, и сошлись. "Борьба с оружием в руках закончена, теперь начинается битва идей", – перевел тему главный переговорщик от FARC Иван Маркес.
Это противников сделки и пугает. Леворадикалы, говорят они, с тропы войны сойдут, но на позициях марксизма-ленинизма и прочего боливаризма останутся. И очень может быть, то, что в Кубе начиналось, "кубой" в Колумбии и закончится. Или, на худой конец, "венесуэлой". Страну пугают теперь перспективой по образу и подобию братьев Кастро или Уго Чавеса. И больше всех на это налегает экс-президент, а ныне сенатор Альваро Урибе. Это при нем с 2002 по 2010 правительственные войска нанесли повстанцам самый серьезный урон, ликвидировав немало лидеров движения. У него и сейчас чешутся руки. Для начала – поставить галочку напротив слова "нет".
И таких, как он, по опросу – 30%. И это, видимо, не считая тех, кто с другой стороны конфликта. Там тоже далеко не все в восторге от референдума. Не потому, что не навоевались. А потому, что кроме этого ничего не умеют. В лесах целые партизанские династии. Им дай вместо ружья мотыгу – они и ей приделают курок. Общество расколото практически пополам. Так что перековать мечи на орала будет очень нелегко. А вот сменить баррикады – запросто. На другие баррикады. И, может быть, не зря так кажется, что мир в Колумбии – это все еще что-то невероятное.