Автор Михаил Шейнкман
Светало. Деловой ужин саммита ЕС плавно переходил в завтрак. И по редким сообщениям из зала заседаний, между сменой блюд, становилось понятно, что лидеры Евросоюза уже сыты по горло. Прежде всего, друг другом. С каким они аппетитом прибыли на, как его окрестили, "ключевое событие для содружества" – неизвестно, но настроение большинства и политическое меню явно не способствовали пищеварению. Тем паче, что собирались о вкусах поспорить. На первое подавали миграционный кризис. На второе – Великобританию. Сочетание – как соль и сахар. Не пустить одних – не выпустить другую. И при этом не потерять себя.
Накануне говорили, что это – момент истины для Ангелы Меркель. Но, видимо, говорили так ее недоброжелатели. Поскольку заранее было понятно, что он закончится для нее провалом. Клятвенно обещала же до марта остановить поток беженцев. Между тем, "Вышеградская четверка" – это Польша, Венгрия, Чехия и Словакия – еще в начале недели на своем междусобойчике решила делать это без Меркель, по сути, объявив Германии фронду. Уже только из этого следовало, что по миграционному плану канцлерин консенсуса в Брюсселе точно не будет.
И только теракт в Анкаре спас ее от фиаско. Или, точнее, отложил его. Премьер Турции Давутоглу, чье присутствие на саммите считалось обязательным, из-за атаки смертника на автобус с офицерами генштаба отменил командировку. И лидеры Евросоюза дружно, и, как показалось, не без облегчения, перенесли тяжелый разговор с ним на потом, не отказав при этом себе в удовольствии потребовать от восточного партнера большего прилежания в сдерживании беженцев. Словно не в курсе, что в арсенале у Турции осталось только одно средство сдерживания – арсенал. Но европейцы сделали вид, что не заметили, как Эрдоган вступает в войну. Они все-таки надеются, что им это зачтется. И это уже признак фатальной зависимости от османского султана. Старый Свет исходит лишь от полумесяца. Поэтому его очертания уже едва-едва проглядывают.
Но если в проблеме переселения-перенаселения хотя бы есть пока, на кого все свалить, то с Британией так не получается. Она хочет "свалить" сама. И от миграции тоже. Премьер Кэмерон потребовал слишком особые условия членства, чтобы все остальные могли на них согласиться, не посчитав при этом себя униженными и оскорбленными. Поэтому перспективы Соединенного Королевства в ЕС, как и положено Альбиону, тоже туманны. В смысле, вероятно, они есть, но в таком мареве, что не заметишь, как разобьешь о них лоб. Вот и думают союзники, что лучше: пропадать в этом британском мороке или все-таки, от греха подальше, оставить его в стороне.
Хотя тоже настраивались на "или сейчас, или никогда". Но к началу вторых суток обсуждения прогресс в нем еще видел только председатель Евросовета Дональд Туск. Лицо крайне заинтересованное. Поскольку крайним как раз оказаться и не хочет. То есть, последним в этой должности. Но и на спасителя ЕС он явно не тянет. Впрочем, как и все здесь присутствующие. Поскольку каждый все-таки тянет на себя. И после Брюсселя, видимо, будет делать это еще настойчивей. Саммит показал: когда они собираются вместе, даже поесть по-человечески не получается. А поедом есть, между тем, уже начинают сами себя. И, похоже, все, что еще остается членам Евросоюза, это рассчитаться на первое и второе.