Автор Михаил Шейнкман
Наверное, это не совсем то, что накануне предрекал посол Франции в России Жан-Морис Рипер. Выступая 11 февраля в Совете Федерации, он так, между прочим, предположил, что к вечеру в его стране будет новое правительство. Но, может быть, он и имел в виду "обновленное". Хотя местами даже это определение кабмину подойдет едва ли. По крайней мере, тому же МИД, в котором, собственно, и служит Рипер, впору говорить о, казалось, хорошо забытом старом. Спустя сутки после ухода Лорана Фабиуса внешнеполитическое ведомство возглавил Жан-Марк Эро.
66-летний ветеран французской политики – он был первым премьером Олланда. Хозяин Елисейского дворца отправил его в отставку в марте 2014-го после провала социалистов на муниципальных выборах. Теперь вернул за год до президентских и парламентских. Пусть, и на другую должность. Но это, как убрать с поля нападающего, чтобы через время поставить его в защиту. И это не единственная несуразность, из-за которой во Франции не рекомендуют искать в кадровых решениях ее лидера государственную логику. Они подчинены личным обстоятельствам – вызваны острой необходимостью закрыть бреши в правительстве и стремлением удержать в своей орбите политических союзников на левом фланге.
Для Олланда сейчас это крайне важно. Тем более, в свете разговоров о том, что он со своими чрезвычайными антитеррористическими мерами откровенно сдвинулся вправо. Отсюда и замены из разряда "шило на мыло" в не самых передовых министерствах, отсюда и появление новых портфелей. Все это, во-первых, должно производить впечатление перемен, чтобы даже послы находились под ним. А, во-вторых, быть свидетельством того, что работать с Олландом по-прежнему престижно.
Хотя Жан-Марк Эро – это, пожалуй, самое говорящее назначение. Это и есть признак "Эро-зии" власти. Олланд вынужден возвращать того, кого сам же отправил в запас, потому что испытывает кадровый дефицит, во-первых. И дефицит доверия, во-вторых. Причем, и тех, кто тоже относится к правящей элите. Никто не хочет рисковать политической репутацией ради года весьма сомнительных полномочий. Даже, если речь идет об одном из ключевых постов в иерархии Олланда. Ведь именно на внешнюю политику он сделал ставку, когда понял, что с внутренними проблемами ему все одно не совладать.
Впрочем, и в международных делах особо не преуспел. Иначе Фабиус готовился бы сейчас к встрече с коллегами в рамках "Нормандского формата". И ведь предлагал же Олланд его место другим кандидатам. Тщетно. Согласился лишь Эро. Верный, постоянный и дисциплинированный. Терять ему все равно уже нечего. А поделиться может. Своим бесценным опытом. Он знает, как это уходить после провала на выборах. Сделает это еще раз. Только уже вместе с президентом.
Как бы то ни было, этот кабинет у Олланда уже четвертый. Причем, две первые версии пришлись именно на долю Жан-Марка Эро. И, может быть, думают критики пофривольней, его возвращение – это все-таки не "Эро-зия", а "Эро-тика" власти. Она обнажила свои самые интимные места. И все увидели, что она уже не та. Не привлекает. Ее можно либо жалеть, либо использовать. Хотя то, что у нее получается, многие во Франции уже называют тем, с чем обычно эротику путают.