Автор Михаил Шейнкман
В США сегодня кокусы в фокусе. Ну, или фокусы в кокусе. У кого как получится. Это президентская кампания с реальной привязкой к местности. А значит, все на виду и у каждого – свои виды. Поочередно во всех штатах партсобрания республиканцев и демократов будут определяться со своими главными кандидатами. И так – до 14 июня. Это потом в итоге все решит пресловутый институт выборщиков, в котором сам черт ногу сломит. Кокусы же, хоть и растянуты во времени и пространстве, и не имеют конституционной обязательности, но, пожалуй, только они и соответствуют представлениям о демократичности. На этом этапе, по крайней мере, еще очень многое зависит от людей. Все-таки это они решают, с кем быть.
Первичное определение фаворитов стартует с Айовы. Те, кто подошел к ней в этом ранге, накануне, не сговариваясь, предоставили шанс своим внутрипартийным конкурентам. И Дональд Трамп, и Хиллари Клинтон заставили о себе говорить за глаза. Первый одним своим отсутствием на теледебатах республиканцев показал, что такое Америка без него. Рейтинг этого эфира был самым низким за все время предвыборной кампании. Нагнав скуку на аудиторию, его соперники все сделали за Трампа. Самому нестандартному претенденту США оставалось лишь посоветовать Айове не ошибиться. Она, правда, могла и не понять, чего же он все-таки хочет: выиграть в этом штате или проиграть. Сам же напомнил, что республиканские кандидаты, побеждавшие здесь в 2008 и в 2012, в итоге даже в финал не вышли.
С Хиллари Клинтон все гораздо проще. Ей нужен высокий старт еще и для того, чтобы сразу взять реванш за неудачный дебют восьмилетней давности. Айова тогда предпочла ей будущего президента. Хотя и тогда совсем не его считали основным. Сенатор Берни Сандерс, как он себя называет – "социалист среди демократов", тоже пока второй, но уже не настолько, чтобы экс-первая леди не чувствовала горячее дыхание рецидива. В отличие от еще того Обамы, Сандерс, конечно – дедушка. Но и она с тех пор, как минимум, не помолодела. А тут еще как раз под Айову опять вспомнили бабушке, как госсекретарем была. Причем в ее родной конторе.
Госдеп впервые официально признал, что среди тысяч страниц ее служебной переписки в частном порядке все-таки были 22 корреспонденции с особо секретной информацией. 18 из них адресовались лично Обаме, а не всему Интернету. И хотя на тот момент эти сведения не являлись гостайной, на них навесили гриф "не для печати" и от греха подальше уничтожили. Все-таки речь идет уже не только о кандидате в президенты, но и о нем самом. Обама, наверное, мог бы сам пояснить, насколько это для него серьезно. Но он же пообещал пока никого из демократов не поддерживать. А значит, и не топить тоже. Хотя, наверное, для Клинтон такая огласка именно сейчас – даже не самый плохой вариант. Лучше уже на старте проверить, как эта новость отзовется, чтобы знать, как ее в дальнейшем отыгрывать.
Как бы то ни было, ради результата потеть она точно не станет. Журналисты обратили внимание, что Хиллари, в принципе, никогда не потеет, будь то в студии под софитами, в душной комнате презентаций или в спортзале. Сама она как-то с претензией на юмор объяснила это тем, что не человек. "Меня собрали в гараже Силиконовой долины", – добавила она к капусте и аисту еще один способ деторождения. Единственный, кто мог бы рассказать об этом ее физиологическом таланте всю правду, будет молчать. Во-первых, тоже в Белый дом вернуться хочет. Во-вторых, знает, что супруга, может быть, и не потеет, но и за словом в карман не лезет. Сразу – за тяжелые предметы. История же с госперепиской – она о том, что Клинтон не только не потеет, но и не парится. А такие люди в Америке всегда будут в цене.