Автор Илья Харламов
Новый фильм признанного мастера криминального жанра Квентина Тарантино производит эффект разорвавшейся термоядерной бомбы и окончательно закрепляет за ним статус классика современного кинематографа. Автор нацелен на то, что называется американской моделью сознания — и, надо отдать ему должное, безошибочно попадает в цель. Режиссер, снявший картину в форме увлекательной и колоритной притчи, в которой выверено все до мелочей, дает собственную убедительную и беспощадную трактовку первооснов Дикого Запада и произросшей из него современной Америки.
Наверняка, найдутся те, кто обвинят художника в принадлежности к "пятой колонне" и попрании американских идеалов. Если, конечно, рискнут публично расшифровать его месседж. Вот только где они, а где — Тарантино? Не говоря уже об "американских идеалах". Жизнь в воссозданном автором мире не стоит ни цента, а вот тела убитых преступников можно продать. Кольт, алчность и жестокость — это и есть основополагающие законы, регулирующие взаимоотношения людей и мотивирующие их жизнедеятельность. Бал правят преступники и те, кто за ними охотятся. Но и последние не отличаются даже минимальной моралью. Корысть и кровожадность — такова природа всех этих людей. Не случайно один из главных героев — охотник за преступниками Джон Рут в исполнении Курта Рассела — носит прозвище Вешатель: он любит наблюдать за этой далеко не обязательной для пополнения его кошелька "процедурой". Просто душа требует. В этом мире даже женщина — не женщина. Вешатель сопровождает прикованную к нему преступницу, которой достаются исключительно тумаки и оскорбления. Она — просто товар, который везут на продажу.
Гражданская война Севера и Юга — одна из центральных тем в монологах героев. Но никакого просветления стране, по версии Тарантино, она не приносит. Казалось бы, цели тех, кто выступал против рабского труда, благородны. Но на деле — никакого благородства, а чистая экономика: повышение ее эффективности. Да и отношение к темнокожим после войны остается подозрительным, а чаще они вызывают привычное презрение "бледнолицых". Правда, в "Омерзительной восьмерке" наибольшие симпатии вызывает как раз представитель темной расы, которого блистательно играет один из любимых тарантиновских актеров Сэмюэл Л. Джексон. Впрочем, его персонаж — тоже стремящийся к обогащению "охотник за головами", который везет на продажу властям трупы разбойников. Других героев на Диком Западе — нет. Он буквально кишит злодеями всех мастей. И тут Тарантино, бесспорно, перекидывает мостик в современность.
Такая история страны, такой тип сознания неизбежно диктуют такую же внешнюю политику, от которой с политической карты мира уже в нынешнюю эпоху исчезают целые государства. А кольт, в широком смысле этого слова, продолжает оставаться главным аргументом в спорах. В последних кадрах один из выживших персонажей сминает письмо Линкольна, адресованное темнокожему "охотнику", в котором один из отцов-основателей США пишет о счастливых временах, которые ждут страну, лишенную расовых предрассудков. Миф, который отправляется на историческую "помойку" в виде отброшенной в сторону смятой и окровавленной бумажки. В картине вообще много трэша и кровавого "угара". Таковы суровые законы жанра. Да и не умеет Тарантино по-другому. Но здесь форма четко соответствует содержанию, никакой дисгармонии. Философская притча, даже приперченная изрядной порцией насилия, не перестает быть таковой. Напротив, эффект лишь усиливается. Здесь все имеет смысл, даже расположение героев в кадре.
В 2008 году братья Коэны сняли феерическую черную комедию "После прочтения сжечь", повествующую о патологических фобиях и фантомах американского общества. Тарантино пошел дальше: он вынес жестокий и однозначный вердикт Дикому Западу, который и остался таковым. Как художник, работающий с образами, он имеет на это право. Была когда-то романтическая "Великолепная семерка", да вся вышла. Осталась "Омерзительная восьмерка". Вот она-то и есть — настоящая Америка без изящных рюшечек и виньеток.