Автор Михаил Шейнкман
В игровых видах спорта это называется "отскочили". Политическая система Франции во втором туре региональных выборов все-таки устояла и оставила третьего лишним. "Нацфронт" не прошел. Этого следовало ожидать. Это же не борьба с терроризмом. А в избирательных кампаниях Пятой республики тактика "все на одного" всегда работает безупречно. Хотя сейчас Саркози вроде бы как публично и отказывался вступать в союз с Олландом против ультраправых. Однако социалисты все сделали сами. Сдали позиции там, где им ловить было нечего. Иначе говоря, "спасовали" Республиканцам. Те, только уже негласно, ответили "алаверды" в иных округах.
В итоге Марин Ле Пен и ее племянница Марион Марешаль-Ле Пен проиграли даже там, где их личное преимущество неделю назад казалось безусловным. И, наверное, им радоваться надо, что сейчас не средневековье. Их всего лишь не пустили во власть. А не сожгли. Ведь респектабельные, как они себя называют, политические силы демонстрировали такое единодушное недоумение относительно популярности "Национального фронта", словно объяснить его успех они могли только колдовством или темными чарами, но ни за что – собственными провалами. Как бы то ни было, даме они не уступили ни одного места. Что, судя по реакции Марин, она тоже обязательно учтет. Когда опять станет говорить о том, что ее противники предают французские национальные традиции.
Вместе с тем, поражение скорее обрадовало Ле Пен, чем огорчило. Женщина, она прекрасно понимает, что и в политике иной раз очень сложно чего-то добиться первым номером. А так, "утроив число региональных советников, "Национальный фронт" станет главной оппозиционной партией в большинстве региональных советов Франции, конструктивной, творческой оппозицией", – утешила она своих сторонников. Вероятно, ей и не нужен был полноценный административный успех, поскольку он вряд ли позволил бы конвертировать локальную победу в политический капитал. Свой регион она все равно не смогла бы сделать отдельно взятым. Тем более, не обладая управленческим опытом. Но повышенное внимание СМИ, придирки, разоблачения, разочарования. И, как следствие, устойчивое желание электората провести работу над ошибкой.
Без всего этого моральная победа в первом туре – это то, что уже останется с Марин Ле Пен навсегда. А страх перед ней – это то, что останется тем, кто отныне будет бояться собственной тени. Вроде бы "Республиканцы" взяли семь регионов, социалисты пять или шесть. Но какая теперь между ними разница, если и для тех, и для других весь смысл политического самосохранения свелся к борьбе с Ле Пен? Результаты выборов – это еще одна иллюстрация к тому, что во Франции, несмотря на теракты, ничего не меняется. И в этом смысле их итоги вполне укладываются в политическую стратегию лидера "Национального фронта", ориентированную на 2017 год. Не взяв региональную планку, она сразу перенесла ее на максимальную высоту, до которой ни один из ее конкурентов пока не дотягивается.
Очевидно, что у нее будет только одна попытка – свыше пятидесяти процентов в первом туре. Но неделю назад в своем округе она не добрала до победы всего девять процентов. Судя по тому, с какой скоростью ее идеи набирают популярность, на "больших выборах" Олланд и Саркози могут и не успеть объединиться. Ле Пен своим триумфом заставила основных противников выложить все свои козыри на президентскую кампанию. Их оказалось всего лишь два, но оба на одной карте. И как ни крути – не тузы.