Автор Ася Гром
Анализ показывает, что, несмотря на недавно наметившуюся тенденцию к росту выбросов углекислого газа в России, наша страна перевыполнила свои обязательства по Киотскому протоколу. Россия ратифицировала Киотский протокол в 2004 году, после чего в феврале 2005-го он вступил в силу.
Зарубежные исследователи отмечали, что при наиболее вероятных сценариях экономического роста выбросы Российской Федерации почти наверняка не превысят национального бюджета выбросов, установленного Киотским протоколом.
Другие страны столкнулись с куда более значительными трудностями при выполнении своих киотских обязательств. Поэтому они стремились использовать механизмы гибкости, установленные Киотским протоколом, чтобы снизить свои издержки, связанные с выполнением национальных обязательств по Протоколу. Эти механизмы фактически устанавливают определенную цену на выбросы и позволяют странам снижать затраты, связанные с выполнением обязательств. Россия могла воспользоваться двумя механизмами гибкости: торговлей национальными квотами на выбросы и получением и продажей "единиц выбросов", достигнутых в результате инвестиций в проекты совместного осуществления.
В 1990-е, когда российская промышленность переживала тяжелый кризис, выбросы парниковых газов без каких-либо специальных мер сократились более чем на треть, отмечает завсектором энергетических рынков Института энергетики и финансов Николай Иванов:
"У нас по Киотскому протоколу, по обязательствам все было заранее исполнено, потому что отправной точкой для себя Россия выбрала 90-й год. После 90-го года объем промышленного производства резко упал, структура промышленности резко изменилась, и выбросы парниковых газов в России естественным образом упали. И мы долгое время заявляли, что мы "впереди планеты всей" по контролю и сокращению выбросов углекислых газов".
Однако с 2000-х начался экономический рост, вызвавший рост выбросов парниковых газов. Поэтому важнейшей задачей социально-экономического развития страны на долгосрочную перспективу стало снижение энергоемкости ВВП. Это возможно только при коренной перестройке структуры промышленного производства – резком снижении доли энергоемких производств, отмечали эксперты. Не стоит забывать и другие программы, в которых РФ участвовала в этот период, напоминает руководитель климатической программы Всемирного фонда дикой природы России Алексей Кокорин:
"Они осуществлялись и осуществляются. Мы принимали на себя все эти проекты совместного осуществления. Их было больше ста. Большинство из них были неплохие. Хотя было некоторое количество проектов, которые назвать экологически грамотными невозможно. К сожалению, лесных проектов не было по независящим от нас обстоятельствам. Но все это были очень небольшие усилия. Реально на снижение выбросов во всем мире эти проекты не оказали влияния".
Противники Протокола полагают, что России будет очень трудно одновременно наращивать производство и изменять его структуру, отказываясь от сложившейся специализации на добыче и экспорте нефти и газа. Поэтому исполнение Киотского протокола окажется тормозом на пути экономического развития страны. Сторонники Протокола были уверены, что экономический подъем России не должен превращаться в реставрацию советских предприятий, чьи технологии отличались высокой энергоемкостью и были по современным мировым стандартам довольно "грязными". По их мнению, выполнение Киотского протокола станет важным стимулом модернизации отечественной экономики путем развития "чистых" технологий и привлечения зарубежных инвестиций в совместные проекты по сокращению выбросов. Кроме того, оно даст стране дополнительные финансовые ресурсы за счет торговли квотами.
Выгода России от торговли квотами на выбросы зависит от соотношения спроса и предложения на формирующемся мировом рынке прав на выбросы.
Действие Киотского протокола закончилось 31 декабря 2012 года. Россия, Китай, Канада и Индия отказались участвовать в продлении его действия. В официальном заявлении было отмечено, что Россия считает продление Киотского протокола в его существующем виде неэффективным. К этому выводу эксперты пришли в результате кропотливого анализа, отмечает Алексей Кокорин:
"Теперь ситуация совершенно иная. И даже когда выполнялся Киотский протокол, стало понятно, что совершенно недостаточно естественной адаптации, нужна сильнейшая адаптация. Особенно в наиболее уязвимых, слабых странах. А раз так, то нужно климатическое финансирование, а выбросы нужны для всех стран. В итоге от "полумерного" Киотского протокола – только выбросы, да и то только части стран – мы теперь переходим к трехмерному новому соглашению, где выбросы всех стран, адаптация, финансирование".
Серьезно изменилось и соотношение сил на мировой арене, добавляет Николай Иванов:
"Сейчас Россия, которая подписала Киотский протокол, не является драйвером этого "низкоуглеродного" развития. Да, еще в 2011 году в России подписан план реализации климатической доктрины страны. Но это слишком общий документ и он не предполагает каких-то конкретных действий на уровне субъектов Федерации или отдельных видов бизнеса".
При этом Россия продолжает участвовать в мероприятиях в рамках Рамочной Конвенции ООН об изменении климата и регулярно представляет в ООН национальные данные об объеме выбросов.