Автор Михаил Шейнкман
По-английски это называется "камбэк". Но как это по-русски! Это же у нас – "пока гром не грянет, мужик не перекрестится". И это же в нашей "Бриллиантовой руке": "человек способен на многое, но не каждый знает, на что он способен". Франсуа Олланд теперь знает. Он способен вернуться в большую политику. Пусть его критики и добавят злобно, что по головам. Но его уже называли "хромой уткой", а он взял и зацепился за хвост взявшего курс на Сирию "Рафаля" и удержался на плаву с авианосцем "Шарль де Голль". В ноябре рейтинг лидера Пятой республики взлетел почти вертикально. На 20 пунктов.
Он сам, наверное, и не скажет, когда его популярность доходила до 35%. Последний раз это было по пути, казалось, необратимого сползания с победных результатов на выборах 2012 к репутации самого плохого послевоенного президента Франции. И вот он снова в игре. Считает ли сам это счастьем – неизвестно. Но, наверное, гонит прочь дьявольские мысли о том, что именно ему помогло. Опрос проводился после 13 ноября. И социологи предательски точно напоминают, что впервые в этом году Олланд пошел в плюс в январе, по горячим следам "Шарли Эбдо". За два месяца после расстрела редакции его рейтинг вырос на 8 процентных пунктов.
Вообще, для интеллигента, каким выглядит лидер Франции, такая взаимосвязь может оказаться серьезной психологической проблемой. Никто не говорит о политике на крови, но получается, чтобы напомнить гражданам, кто в доме хозяин, надо, чтобы их стало меньше. Хотя, с другой стороны, рейтинг зонта тоже ведь повышается, когда идет дождь. Главное, чтобы он вовремя сумел раскрыться. Олланду это удалось. Раскрыться. Что касается "вовремя" – вопрос спорный. Все-таки репутация Елисейского дворца к тому моменту была основательно подмочена.
Но антитеррористическая жесткость, беспрецедентная дипломатическая активность и какая-то даже харизма. Это уже не только трагическое стечение обстоятельств. На этом фоне и климатический форум ООН, так удачно совпавший с Парижем, словно специально был придуман под Олланда. И, наверное, не привязывали бы социологи успехи президента к терактам, не уйди он, когда все затихло в прошлый раз, опять в минус. К условиям мирного времени, как выясняется, он приспособлен гораздо хуже. "Рафалями" безработицу не одолеешь. Поэтому 62% французов считают, что президент "защищает интересы страны за рубежом", но в два раза меньше полагают, что при этом он понимает их интересы.
Даже теперь о нем говорят, что умение держать удар – это еще не признак устойчивости. Его переизбрания все равно хотят всего лишь 28%. А в очередном всплеске популярности аналитики увидели больше электоральных эмоций, чем перспективы. Такая поддержка Олланда – это как вклад граждан в его борьбу с терроризмом. Сейчас он, на самом деле, выглядит в ней безупречно. Но любой всплеск скоротечен. И тучи не должны сгущаться вечно. Хорошо, конечно, если зонт все-таки раскрывается. Но во Франции все больше ждут, когда можно будет обойтись без него.