Автор Ася Гром
Американцы признают, что они не хотят, чтобы вопрос будущего Сирии привел к конфликту с Россией. С таким заявлением выступил представитель Госдепартамента США Джон Кирби. По его словам, никому не нужен прямой или косвенный конфликт с Россией из-за Сирии. Именно поэтому госсекретарь Джон Керри и глава российского внешнеполитического ведомства Сергей Лавров постоянно поддерживают контакт.
В Европе не устают повторять, что они не видят будущее Сирии, в котором останется Башар Асад. Заявления о том, что именно в нем кроется корень всех сирийских проблем, звучат постоянно. Более того, подобное отношение к Асаду демонстрировалось и раньше, несмотря на его очевидные заслуги и успехи, напоминает ведущий научный сотрудник МГИМО, востоковед Юрий Зинин:
"Если наблюдать за событиями в Сирии, которые проходят уже 4,5 года, то оппозиция и враги режима постоянно предсказывали: вот-вот должно быть падение. Но оно так и не произошло, Сирия держится. Мне кажется, чем крепче сирийский режим будет, чем крепче он будет противостоять, чем больше будет стабильность в стране, тем больше будет шансов на это. А какое время? Это будет зависеть от исхода и действий сирийской армии и от той воздушной поддержки, которая нашей страной сейчас оказывается. Главная цель какая? Цель главная – нанести как можно больше ущерб террористическим исламистским организациям, чтобы выбить из-под них почву, а потом говорить о политическом урегулировании".
При этом стало доброй традицией говорить о том, что в Сирии Россия только для того, чтобы помочь Асаду сохранить власть. Признавать очевидный факт, что Россия вместе со своими союзниками проводит полномасштабную антитеррористическую операцию, на Западе упорно не хотят. Ведь тогда придется говорить и о том, что у России нет военных целей, а есть только политические задачи. И они, кстати, затрагивают весь регион, отмечает востоковед Саид Гафуров:
"Мне кажется, что в этой ситуации применение наших ВВС в Сирии – решающий момент политический, а не чисто военный. То, что Сергей Лавров называет ближневосточной инициативой Путина, она гораздо шире. Она касается и урегулирования в Сирии, и в большой увязке изменений всех на карте Ближнего Востока.
Этот политический аспект напрямую касается и будущего развития Сирии, о котором надо задумываться уже сейчас. Ведь война на этой земле не будет вечной, а, значит, необходимо уже сейчас понимать, какие действия последуют после военной операции. Говорит Юрий Зинин:
"Как только наступит какая-то передышка, как только возникнет какая-то пауза, хотя бы какое-то состояние безопасности для большинства жителей Сирии, можно начинать говорить о процессе каких-то выборов. Или иных мероприятий, чтобы каждый из сирийцев мог высказать свой голос, не опасаясь расправы со стороны оппозиции. Речь идет о том, чтобы достичь такой ситуации".
На сегодняшний день даже можно говорить о том, к какому сроку желательно получить такой результат, считает Саид Гафуров:
"На март намечены парламентские выборы в Сирии, и крайне желательно обеспечить условия для этих выборов. Мы должны до марта помочь сирийским войскам освободить свою территорию, чтобы можно было организовать избирательный процесс".
Но эта работа будет еще тяжелее, потому что должны быть учтены все особенности региона, его истории, его реальных политических сил, за которыми стоят граждане страны. Мир уже не раз видел, как грубое навязывание своего мнения приводит к новым катастрофам. В случае с Сирией у политиков появится еще один шанс действовать с ювелирной точностью.