Автор Ярослава Бычкова
Украинцы все меньше надеются на Европу. Опросы показывают, что идея интеграции вызывает все больше разочарования. Сегодня число сторонников вступления Украины в Евросоюз составляет только 46%. И хотя эти данные позволяют, пусть и с натяжкой, говорить о том, что почти половина украинцев выбирает европейских вектор, то динамика не может не внушать опасения.
Количество желающих идти навстречу Европе резко выросло на Украине после событий на Майдане. Свою роль сыграла и грамотная работа политтехнологов извне, и лозунги украинских политиков изнутри. Однако теперь эти показатели катастрофически падают, что связано в первую очередь с обманутыми ожиданиями. В обещаниях политиков еще звучат пассажи об отмене виз и грядущих выгодах от сближения с Европой. Однако рядовые граждане все чаще задумываются о том, что отсутствие улучшений сегодня только подтверждает тезис о том, что дальше ситуация будет только ухудшаться, а перевод экономики на европейские рельсы может просто обернуться катастрофой. При этом мало кто хочет встать на место европейцев и с этой точки зрения окончательно понять, как на самом деле относятся они к приближению украинцев к ЕС. Ведь с одними географическими координатами оказаться в общей Европе невозможно. И история многих стран это уже доказала, отмечает главный редактор информационно-аналитического издания "Геополитика" Леонид Савин:
"Европейская интеграция, если понимать под ней вхождение в ЕС или подписание ассоциации, она не означает того, что граждане Украины станут такими же добропорядочными европейцами, которыми являются немцы или французы. Это очень длительный процесс, у нас совершенно разная историческая преемственность. И вот как раз те государства, которые относятся к Европе, например, Сербия или другие Балканские страны, они как раз показывают, что в принципе, даже находясь в сердце Европы и будучи географически вошедшими в ее границы, народы могут быть совершенно разными культурами. Расстояние может быть в десятки километров, но, тем не менее, мышление людей, их традиции, обычаи, политическое устройство могут быть совершенно разными. Совершенно непонятно, почему нынешняя украинская элита этого не понимает".
При этом не стоит забывать о том, что попытки сблизиться с Европой украинские политики предпринимали и ранее, однако дальше попыток и обещаний дело так и не пошло. Европейцы решили использовать все подобные украинские инициативы в выгодном для себя ключе, напоминает ведущий научный сотрудник Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ Сергей Беспалов:
"С одной стороны, конечно, новая и прежняя украинская элита позиционировала Украину как европейскую страну, говорила о европейской перспективе, европейском выборе. В этом плане администрации Кучмы, Ющенко и Януковича не так уже сильно друг от друга отличались. Кто-то более жестко, кто-то более тонко этот курс проводил, но по большому счету никто из прежних украинских руководителей не давал этому вопросу приоритетный характер европейского вектора. Все это возвели нынешние украинские руководители. Более того, они стремятся представить свою страну не просто частью Европы, а передовым отрядом по борьбе с Россией, которая угрожает не только Украине, но и всей Европе, европейской цивилизации, европейским ценностям".
Традиционными являются и попытки украинских политиков протолкнуть Украину под крыло НАТО. Но дальше небольших сумм денег, советов, инструкторов – дело как-то не очень идет. Президенту Порошенко только и остается, что рассказывать об очередной "уникальной многомиллионной программе" по обучению украинских вооруженных сил и спецподразделений. Киев так и не хочет понять, что альянс не собирается решать чужие проблемы, а тем более идти на обострение и так не самых простых отношений с Россией, продолжает Сергей Беспалов:
"Что касается членства Украины в НАТО, насколько мы можем судить, уже дважды американцы были готовы поставить вопрос в практическую плоскость. Первый эпизод – это 2007-2008 годы, второй – конец 2013 –начало 2014-го. В первом случае на саммите НАТО было принято решение о принципиальной не то что возможности, а даже практически неизбежности вроде вступления Грузии в состав Североатлантического альянса. Кстати, те события стали одной из фундаментальных причин вызывающего поведения Грузии. Кончилось, как известно, войной в Южной Осетии, приведшей к выходу Южной Осетии и Абхазии из состава грузинского государства. После этого, а также после прихода к власти новой администрации, американцы, вроде бы, на какое-то время поняли, что ставить вопрос о приеме Украины и Грузии в Североатлантический альянс опасно, потому что это может привести к дальнейшей совершенно неконтролируемой конфронтации с Россией. В силу ряда причин, к концу 2013 года настроение изменилось, несколько обстоятельств сработали – тут и ухудшение отношений США с Россией, и целый ряд региональных конфликтов, и противоречия, которые развивались вокруг Сирии, дело Сноудена стало мощным катализатором".
Однако реальность не мешает украинским политикам строить прогнозы и разглагольствовать о том, что принесет Украине членство в НАТО. Так, премьер Яценюк не жалеет красок, расписывая как уже сильна украинская армия и постоянно напоминает о том, что парламентарии отменили внеблоковый статус. Осталось только внушить всем странам-членам альянса мысль о том, что Украина уже готова.