Автор Михаил Шейнкман
А поутру она проснулась. Хотя ей вовсе не до сна.
Но вдруг очнулась, встрепенулась и Асада не прогнала.
Как будто кто мешал ей прежде его прицельно рассмотреть.
Но лишь теперь в большой надежде готова видеть его впредь.
Пусть за столом переговоров. Но это же прогресса суть.
И не боится Меркель споров. Ей бы опять вдруг ни заснуть.
На то, конечно, она и Ангела, чтобы думать, словно богом поцелована. Но сейчас, похоже, эту "спящую красавицу" расколдовали иные силы. Кто уж ее разбудил, мигранты или, быть может, Путин, теперь не так важно. Главное, канцлерин вдруг на все открыла свои глаза и заговорила человеческим голосом. Она увидела, что участие президента Сирии необходимо для урегулирования конфликта в этой арабской республике. "Мы должны разговаривать со многими, включая Асада и других", – отнесла Меркель к числу прочих не только Россию и США, но и Саудовскую Аравию с Ираном.
Однако принципиальное все-таки – Асад.
Чуть позже, правда, в ее канцелярии уточнили, что фрау имела в виду не его лично, а необходимость присутствия за столом переговоров представителей официального Дамаска. Но СМИ к тому времени уже назвали ее первой из западных лидеров, кто признал в президенте Сирии равноценного игрока. А некоторые даже подметили, что такой подход больше соответствует российской позиции, нежели американской. И это совсем на Меркель не похоже. Впрочем, это еще вопрос: сама она так думает или кто-то другой пока стесняется произнести это вслух.
В любом случае, никто не отказывает Меркель в умении тонко чувствовать геополитическую конъюнктуру. А она откровенно смещается. Как бы там, в Вашингтоне, ни оправдывали согласие Обамы на общение с Путиным исключительно продвижением интересов Соединенных Штатов. О каком еще продвижении может идти речь, если по признанию их же стратегов, в борьбе с "Исламским государством" они оказались в тупике. От Обамы ушел даже бессменный куратор войны в Сирии генерал Аллен. Официально, правда, он координатор Вашингтона по коалиции против ИГИЛ. Однако работать против Асада он начал еще до нее. И это значит, что-то меняется совсем не только в мировоззрении Меркель.
Ей, скорее всего, Вашингтон, как водится, доверил лишь озвучить то, что в нем самом сказать публично считают ниже своего достоинства. А канцлерин сейчас вроде бы как в положении, которое обязывает ее искать неожиданные решения. И уже потом, на какой-нибудь личной встрече с Путиным, скажем, на полях Генассамблеи ООН, Обама захочет прислушаться к женщине. И, может быть, не для того, чтобы сделать наоборот. Иными словами, Меркель – это демо-версия. Послушать стоит, но делать выводы преждевременно.
Ей же самой, чтобы прийти в себя, нужно было понять всего несколько вещей. Во-первых, из Сирии на мир движется общее зло. И это не Асад. Хотя бы потому, что он не выходит за рамки. Во-вторых, вариант без, как они говорят, диктатора уже попробовали в Ливии и Ираке. В итоге, в одной запустили режим самоуничтожения, в другой – "Исламское государство". Ну, и, в-третьих, свой собственный арсенал Запад уже использовал сполна. Не помогает. Все, что ему осталось, это попробовать поговорить с Асадом и подключить Путина. Как минимум, чтобы он ни подключился сам.
Есть, конечно, и маленькие немецкие частности. Рейтинг Ангелы Меркель впервые за годы ее власти опустился ниже 50%. Пока ей по-прежнему не видят альтернативы. Но и притоку мигрантов не видят конца. И уже никто не знает, как будет выглядеть эта страна через пару лет, к выборам в бундестаг. Поэтому в интересах Меркель сделать так, как говорит Путин: спасти сирийцев от ИГИЛ, чтобы они сами решали судьбу Сирии. Иначе, они решат судьбу Германии.