Автор Ася Гром
Журналисты – как объект самой настоящей охоты. На Украине становится опасной сама принадлежность к этой профессии. Журналистов убивали на Майдане, но и сегодня приходят новости о том, что гибнут те, кто должен рассказывать факты.
Начиная с февраля 2014 года, в жизни украинских журналистов наступила опасная черная полоса. 19 февраля 2014 – Вячеслав Веремий, который работал репортером газеты "Вести". Он был жестоко избит дубинками, а потом застрелен в центре Киева. В расправе участвовала группа лиц, которых министр МВД Украины Арсен Аваков безапелляционно причислил к тем, кого якобы нанимала власть для борьбы с участниками Евромайдана. 4 апреля 2014-го похищен и убит неизвестными Василий Сергиенко, редактор районной газеты "Надросся", активист "Свободы". В июне прямо из пресс-центра похищают Владимира Марцишевского – журналиста интернет-сайта "Каменяри инфо". От полученных травм он скончается позже в больнице. Под бытовую драку, как говорят сегодня многие на Украине, было замаскировано убийство Сергея Сухобока – основателя и соучредителя интернет-изданий ProUA и "Обком". Но самым громким стало убийство Олеся Бузины – известного далеко за пределами Украины писателя. Он погиб 16 апреля 2015 возле подъезда собственного дома.
Эксперты уверены, что все это – демонстрация откровенных намерений нынешних киевских властей поставить СМИ на нужное центру место. Как и в случае с неподходящими политиками, журналистам показывают, что самый главный дар – это умение молчать, отмечает профессор Высшей школы экономики Олег Матвейчев:
"Киевская власть прекрасно понимает силу слова и силу информационной войны. Они, благодаря информационной войне, пришли к власти и они понимают, что каждый серьезный журналист – это дивизия, полк, армия в информационной войне. Поэтому и убийство журналистов – это убийство в информационной войне. Убийство Бузины – это ни с чем несравнимая потеря. И это касается и многих других журналистов, которые сейчас затерроризированы, сбежали в другие страны, либо убиты. В Киеве власти четко знают силу слова и информационной войны, поэтому основной удар — именно там. Они понимают, что деньги, экономика – это все вторично. Они держатся на той пропаганде, которая сейчас у них есть. Любая контрпропаганда для них смерти подобна, поэтому они уничтожают всех, кто этой контрпропагандой занимается".
Это связано, прежде всего, с тем, что Киев не просто не хочет слышать другую, отличную от своей позиции точку зрения, но и даже не допускает ее существования, заключает заместитель директора Российского института стратегических исследований Михаил Смолин:
"Власть в отношении журналистов вела себя так же, как и в отношении тех политиков, которые не захотели молчать. Просто зачищалось пространство украинских СМИ, чтобы там звучала только одна точка зрения тех, кто пришел к власти в результате Майдана. И, конечно, большинство журналистов замолчало, либо перешло на сторону тех СМИ, которые говорили добрые слова в адрес Майдана и в адрес революции. Либо небольшое меньшинство, которое продолжало сопротивляться. Это был консенсус внутри власти, что необходимо прекратить сопротивление в СМИ, зачистить информационное пространство, убив нескольких самых ярких журналистов, тем самым испугав всех остальных".
В результате то, что происходит с журналистами в современной Украине, иначе как террором и не назовешь, констатирует Олег Матвейчев:
"Совершенно открытое убийство, развернут настоящий террор. Здесь сейчас, по сути дела, нельзя говорить о каком-то правовом государстве, потому что государства как такого украинского не существует, существуют разрозненные банды и силовая система. Те, кто должен охранять порядок, эти люди тоже, по сути, представляют собой группировку, которая действует в интересах определенных олигархов, определенной группы лиц. Ни о каких общенациональных и общенародных интересах речь не идет, тем более это попрание всех прав, свободы слова, митингов".
Таким образом, в стране постепенно искореняется сама мысль о том, что кто-то может высказать точку зрения, которая хоть как-то отличается от официальной. Что ж, Киев далеко не первый, кто пытается заставить журналистов "ходить строем".