Автор Михаил Шейнкман
Париж и Лондон сообща решили для себя дилемму.
Мигрантов чтоб не привечать, в зародыше убить проблему.
По Сирии они вот-вот готовы нанести удары.
Формально – по боевикам, но будут под огнем и мамы.
Кто должен тут увидеть свет, пусть лучше вовсе не родится.
Он все равно в процессе бед в мигранта тоже превратится.
Франция и Британия, похоже, нашли способ отодвинуть миграционную напасть от Ла-Манша. Хотя, скорее, прислушались к рекомендациям. На прошлой неделе министр иностранных дел Австралии Джули Бишоп посоветовала странам ЕС впрячься своими бомбардировщиками в альянс по борьбе с ИГИЛ. Так и сказала: европейцы должны подключиться к авиаударам, чтобы "сбить" волну беженцев. Прозвучало с заботой, но почти по-сталински. Нет человека – нет мигранта. Вряд ли именно ее советы оказались для Парижа и Лондона определяющими. Просто надо знать, кто хочет того же, чтобы понять, почему соседи по проливу вдруг, как по команде, проявили сознательность.
Франция уже начала разведывательные полеты над Сирией, которые, как признал ее президент Олланд, станут прологом присоединения к международной коалиции против экстремистов. До этого британский премьер Дэвид Кэмерон предложил своему парламенту в октябре рассмотреть вопрос о начале военной операции на сирийской территории. Причем он и вовсе не уточнял, что речь идет о местах, захваченных боевиками. Кэмерон сознательно не разделил "Исламское государство" и "режим Башара Асада". Это значит, что он не расстроится, если бомбардировщики перепутают цели.
Париж и Лондон синхронно создают каждый у себя нужное общественное настроение. Именно в британском издании накануне появилась информация о 4 тысячах боевиков ИГИЛ, проникших в Европу под видом беженцев. А сегодня "Таймс" сообщила еще и о предотвращении теракта против королевы во время мероприятий в честь 70-летия окончания Второй мировой войны. Для Британии это вообще посягательство на святое. Хотя ее еще месяц назад предупреждали, что предотвратят. Олланд работает несколько деликатней. О необходимости ввязаться в борьбу с террористами в Сирии он заявил на большой пресс-конференции через запятую с тезисом о желании первым выступить за отмену антироссийских санкций, чтобы адекватность второго автоматически распространилась и на первое.
При этом эксперты подозревают, что для Кэмерона с Олландом беженцы – это только повод. Как собственно, и ИГИЛ для Штатов. Вашингтону сейчас крайне необходимо вывести свою коалицию за рамки региональности и придать ей классический международный масштаб, чтобы это не выглядело сведением их счетов с Асадом. Причем желательно сделать это до того, как Владимир Путин с трибуны Генассамблеи ООН озвучит свои предложения по созданию нового формата борьбы с "Исламским государством". США решительно боятся потерять доминирование еще и здесь, а потому играют на опережение, чтобы лишить инициативы Москвы смысла и свести их до уровня банальной геополитической конкуренции.
Отсюда и внезапное прозрение Франции с Британией. Отсюда и требование к Греции закрыть небо российским самолетам с гуманитарной помощью для Сирии. Отсюда и эта шумиха вокруг якобы внезапно обнаруженного военного присутствия России в Сирии. Прежде оно не бросалось в глаза. Но сейчас в нем вдруг усмотрели признаки эскалации – и это на больную мозоль увеличения количества беженцев.
Понятно, Москва не настолько самонадеянна, чтобы думать, что ее военная составляющая в отношениях с Дамаском останется незамеченной. Следовательно, во-первых, она знает, что делает. Во-вторых, знает, что делает это в рамках международных приличий. К тому же российская помощь по определению исключает удары по мирному населению, поскольку направлена на его спасение. И в этом смысле с Западом вроде бы одно дело делаем. Но у него-то здесь еще и второе. Причем именно оно – главное.