Автор Михаил Шейнкман
Это как забронировать билет с открытой датой и без места. На какой именно день Великобритания назначит референдум об отношениях с ЕС и после тронной речи Елизаветы II неизвестно. Отныне королевская печать стоит лишь на обещании премьера Кэмерона провести плебисцит до конца 2017 года. Но ответ на главный и единственный вопрос подданные Ее Величества могут начинать репетировать уже сейчас. Лондон сформулировал его официально.
Все просто, как у Шекспира. "Должно ли Соединенное Королевство оставаться членом Европейского союза?" – that is the question. ЕС или NO. При этом о выходе ни слова. Он, конечно, подразумевается как вариант. Но не мозолит глаза и не отпечатывается в сознании. А это важно, учитывая то, что в графическом изображении вопрос этот теперь будет мелькать до тех пор, пока не попадет в бюллетень для голосования. Это психологическая уловка. Она в определенной степени раскрывает отношение самого Кэмерона к тому, что он наобещал. А обещал он только выяснить отношение граждан к ЕС, а не попрощаться с ним.
Создавая ощущение неотвратимости плебисцита, премьер лишь умело умывает руки. И делает ноги. Пусть теперь у Евросоюза голова болит, как убедить британцев в том, что он им необходим. Наверное, это основной посыл, с которым Кэмерон отправился в большое континентальное турне. Гаага, Варшава, Париж, Берлин. За этот месяц до саммита ЕС в Брюсселе он намерен встретиться с лидерами всех 27 стран. Пока официальная позиция сообщества, а ее определяют Германия и Франция, сводится к усилению централизации. Ангела Меркель и Франсуа Олланд подготовили предложения по укреплению экономического и политического единства еврозоны. И это совсем не то, что хотел бы получить от них Кэмерон за свой нейтралитет в референдуме. После его объявления – это максимум, что он может сделать для ЕС. И то при условии, что ЕС кое-что сделает для него.
Просит немного — только главное. Контроль миграции внутри Евросоюза, расширение полномочий национальных правительств в вопросе блокирования законопроектов Евросоюза, ограничение вмешательства Брюсселя в бизнес стран-участниц. И чтобы без этого "еще более тесного союза народов Европы".
Насколько известно, до сих пор никакого пересмотра договора ЕС в пользу Лондона не планировалось. Но Кэмерон дома уже сделал все, чтобы к его предложениям в европейских столицах теперь отнеслись крайне серьезно. Британия в любом случае, считает ее премьер, должна быть исключением. Если не из самого ЕС, то из его правил.
Тему продолжает руководитель Центра британских исследований Института Европы Елена Ананьева.
– Наверное, не просто так Лондон официально сформулировал вопрос референдума как раз под начало большого европейского турне Дэвида Кэмерона. Поможет ли это премьеру в пути? На какой эффект он рассчитывает?
– Вопрос сформулирован так: "Должна ли Британия оставаться членом ЕС?". Здесь есть психологический аспект, потому что ответ на этот вопрос предполагает, что если вы отвечаете "да", то Британия остается в ЕС и тогда правительство ведет как бы позитивную кампанию. То есть, правительство подспудно предлагает гражданам проголосовать "да". Кэмерон хоть и выступает за реформу Европейского союза и за то, чтобы условия членства Британии в ЕС были изменены, но сам он полагает, что Британия должна остаться в Европейском союзе. Конечно, такая формулировка поможет ему в его европейском турне, потому что она дает такую позитивную коннотацию: да, Британия должна остаться в Европейском союзе.
– Можно ли говорить о том, что референдум в Британии – это уже неизбежность? И от кого в большей степени будет зависеть его результат: от Лондона или от Брюсселя?
– Референдум – это, безусловно, неизбежность. Я считаю, что во многом его результат будет зависеть от Лондона. По той простой причине, что правительство консерваторов заинтересовано остаться в ЕС. Я говорю "правительство", потому что в самой партии консерваторов насчитывается немало сторонников выхода Британии из Евросоюза.
Сам Кэмерон неоднократно признавал, что ему не нужны проблемы с ЕС. Но с ЕС, а не без него. Премьеру, наверное, и референдум необходим лишь в отложенном виде как сильный аргумент в переговорах с Брюсселем. Он же и там будет обещать непременно его провести. Один раз этого уже хватило, чтобы победить. 7 мая на парламентских выборах. В конце концов, он и гражданам говорил то же самое: или плебисцит о выходе, или пересмотр отношений. В любом случае, в запасе у него еще как минимум два года. А время сейчас такое, что и этого хватит, чтобы "либо ишак, либо падишах".