Автор Ника Филимонова
Исламская партия "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами" в России входит в список террористических организаций. Ее деятельность запрещена на территории страны. Вместе с тем, она легально действует в 40 странах, в том числе, и в Европе. Еще одно радикальное движение — ХАМАС — признано террористическим в Израиле, Канаде, США, Японии. Но не в Европе. Европейский суд исключил ХАМАС из списка террористических организаций. Так кто же террорист в таком случае, а кто нет? Где та тонкая грань, которая разделяет группировки на террористические и вполне легальные? Или в этом случае главное – политическая целесообразность?
Не успел Европейский суд объявить об исключении ХАМАС из списка "особо опасен", как уже через месяц верховный представитель ЕС по иностранным делам Федерика Могерини заявила о том, что Брюссель оспорит это решение. Похоже, европейцы не могут разобраться в собственном механизме зачисления той или иной организации в разряд террористических. В России таких проблем не возникает, отмечает ведущий научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений и Института востоковедения РАН Станислав Иванов:
"Сам механизм принятия решения о включении в список террористических организаций в России ясен и прозрачен. Спецслужбы готовят представление, подают в Генпрокуратуру, она обращается в Верховный суд, и в суде принимают решение. Сегодня около 20 организаций в списке запрещенных в нашей стране. В США этот список насчитывает 45-50 организаций. В списках ООН числится до нескольких сотен. Получается, здесь разные подходы и разные стандарты".
С другой стороны, такие постоянно меняющиеся подходы к ситуации можно объяснить политикой европейских властей не "сжигать сразу мосты". Говорит научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Александр Демченко:
"Таким образом, они (политики) оставляют дверь открытой для возможных переговоров, контактов с ХАМАС. Они не отвергают в будущем возможность диалога. Есть четкие требования международных посредников, озвученные в 2006 году после победы ХАМАС на парламентских выборах в Палестине. Там сказано, что ХАМАС должен признать все ранее заключенные палестино-израильские договоренности, отказаться от вооруженных методов борьбы и признать право Израиля на существование. Движение этого не сделало. Оно готово пойти на это с рядом существенных оговорок. Поэтому пока сблизить позиции сторон сложно, но это не означает, что в будущем этого не случится".
Однако отсутствие единых подходов по борьбе с террористами пока лишь усугубляет ситуацию. В то время, когда лидеры пытаются выработать согласованную позицию, боевики спокойно продолжают вести свою преступную деятельность, отмечает Станислав Иванов:
"Эти двойные подходы и стандарты, когда к террористам применяют сиюминутные подходы, позволяют международному терроризму не только сохранять свои силы, но и наращивать, распространять свою идеологию и влияние. Страны, которые на каком-то этапе использовали террористов, пожинают сейчас плоды своей деятельности. Сентябрьский теракт с башнями-близнецами в 2001 году, ряд терактов в Европе и последние трагические события во Франции подтверждают, что нельзя бороться с международным терроризмом распыленными усилиями или отдельными акциями. Должны быть разработаны правовые, законодательные нормы под эгидой ООН, списки должны быть приведены к единому знаменателю. Если он террорист, он должен считаться террористом во всем мире".
Казалось бы, что может быть проще? Но выясняется, что вопрос этот слишком сложен, а зачастую и вовсе неразрешим для некоторых стран Запада.