Автор Михаил Шейнкман
Курица – не птица, лев – не орел. И не решка. Как ни крути, а левы – валюта не европейская. Поэтому власти Болгарии и не стали бросать жребий собственной монетой, а сразу поставили вопрос ребром. Решили перейти на евро. Хотя министр финансов Владислав Горанов отрицает прихоть правительства и уверяет, что в этом деле у страны полный политический консенсус. Но, кроме его слов, иных данных, подтверждающих это, пока нет.
И, видимо, не будет. Поскольку опросы общественного мнения явно свидетельствуют не в пользу отказа от национальных денег. В том числе и потому, что они – это все, чем Болгария еще может распоряжаться самостоятельно. Или, скорее, могла. Как заявил Горанов, София начинает переговоры о вступлении в еврозону. А это уже само по себе означает системные изменения, возможно, необратимого характера.
"Мы попросим карту с обязательствами и списком реформ, которые необходимо провести, чтобы перейти к евро", – сообщил министр. В общих чертах, основные требования известны. Страна-претендент должна удерживать свой бюджет от превышения дефицита более чем на 3%, а госдолга более чем на 60% ВВП. Значит, опять все социальные статьи сокращать будут, могут подумать болгарские обыватели. И окажутся правы. Иначе одно из беднейших государств ЕС с самым высоким показателем безработицы не сможет пересчитать свои проблемы по европейскому курсу.
А премьеру Бойко Борисову так этого хочется! Его министр финансов, как и все до него в иных территориях присоединения, шаблоном уверяет, что "переход на единую европейскую валюту, несомненно, приведет к положительному экономическому эффекту". Под таким соусом Литву в этом году подсадили на евро. Эстония и Латвия уже знают, что переписать ценники – это как сменить колеса, когда, например, нет бензина. Для Болгарии, между прочим, это не только метафора. По воле собственного правительства, точнее, из-за его безволия, страна лишилась газа. А вместе с ним рабочих мест, роста и тех самых денег, которые хоть горшком назови, лишь бы они были. А их уже не лев, а кот наплакал.
И ни Брюссель, ни Вашингтон не собираются давать больше одного евро за два лева. Таков сейчас в Болгарии официальный курс валюты. По курсу истинного суверенитета она уже мало чего стоит. И это лишь кажется, что в условиях приема в еврозону даже не каждый специалист разберется. Каждый кабинет Борисова и не интересует. Только свой. А специалистом быть и вовсе не обязательно, чтобы понять: от страны-претендента на евро всего-то и требуется, что макроэкономику заменить микросхемой, в основе которой лояльность и зависимость. Главное, чтобы при ее сборке суверенитет стал лишней деталью. В этом смысле Болгария уже на правильном пути.
Тему продолжит из Софии политолог, экономист, член-корреспондент Болгарской Академии Наук Иван Ангелов.
— Спасет ли Болгарию зона евро и будет ли страна готова к ней через три года? Такие планы ставит перед собой правительство.
— По формальным показателям мы более или менее отвечаем так называемым условиям Маастрихта, и будем допущены, как мы говорим, в "зал ожидания". Так что как ориентир 2018 год, я думаю, это исполнимо. Но проблема в том, что наше финансовое состояние, если посмотреть вглубь, хуже, чем эти формальные показатели.
— Все ли устроит Болгарию в еврозоне? Как говорят специалисты, входя туда, страна теряет финансовый суверенитет и ничего не приобретает взамен.
— Минусы – они страшны. Если мы присоединимся, мы передадим весь наш экономический и политический суверенитет бюрократам в Брюсселе. И тогда они будут решать, каким должен быть наш бюджетный дефицит, какой должна быть наша политика доходов, пенсий, зарплат. Важно будет не то, чего хочет болгарский народ, а то, что решается в Брюсселе. Горизонты не так хороши.
И могли бы в Софии сказать: "после нас хоть поток". В смысле, "Южный". Но присягой на верность антироссийской геополитике кабинет от него отказался. С таким же "успехом" теперь хотят отбросить и собственную валюту. Пока эта власть распоряжается деньгами, она считает, что у кого есть право, тот может обойтись и без лева. В Болгарии, впрочем, в последнее время так часто меняется правительство, что лев еще вполне может остаться "царем" рынка. Главное, чтобы страна была с царем в голове.