Автор Михаил Шейнкман
Дэвид Кэмерон пошел ва-банк. В плохом для ЕС смысле этого слова, поскольку не за деньгами. Великобритания не внесет до 1 декабря в бюджет ЕС дополнительные 2 с лишним миллиарда евро. Как заявил Кэмерон, Соединенное Королевство намерено оспорить требования Брюсселя. Тот, ссылаясь на правила Евросоюза о привязке дополнительных взносов к размеру валового национального дохода, принятые, в том числе, и Лондоном, предписывает Туманному Альбиону раскошелиться.
Еврокомиссия, как Робин Гуд, хотя в Англии поспорили бы с таким сравнением. Она тоже забирает деньги у богатых, чтобы подсобить бедным. Комичность ситуации в том, что среди них, по европейским параметрам, оказались даже Германия с Францией. Они тоже в очереди на компенсацию, поскольку, по данным статистики, развивались медленнее, чем даже Нидерланды, которые вместе с Британией попали в число должников.
Это издержки европейской политики выравнивания. Проще, той самой "уравниловки", которую считали бичом другого известного Союза. В ЕС пока не думают, что их ждет тот же финал. Но финансовый саботаж Кэмерона едва ли способствует укреплению корпоративного духа.
Поэтому, когда еврокомиссар по бюджету Яцек Доминик грозит Лондону штрафом, он думает и о том, что дурной пример может оказаться заразительным. "Если мы один раз пересмотрим правила, то откроем ящик Пандоры", — напомнил он о том, что, кроме Великобритании, в ЕС еще 27 членов. Впрочем, чиновник не назвал ни возможную сумму неустойки, ни процедуру ее взыскания. Видимо, потому что уставом ЕС такие случаи просто не предусмотрены, поскольку у них, как у тех джентльменов в анекдоте, все держится на честном слове.
А коль нельзя быть большим джентльменом, чем британец, у Кэмерона и пошла игра. Он понимает, что при всем желании ЕС не способен его проучить. Хотя бы потому, что санкции, если речь все-таки о них, принимаются консенсусом. А Британия против. И будет на том стоять. Потому что премьеру нельзя отступать. Для него это, наверное, последний и решительный бой. И за свое кресло тоже. Партия независимости Найджела Фараджа уже идет по пятам консерваторов. Успех Кэмерона в финансовом конфликте с ЕС позволит ему не только оторваться от конкурентов, но и обзавестись их электоратом, который стал нарастать именно из-за нерешительности кабинета в отношениях с Брюсселем. А без этой поддержки Кэмерон, пожалуй, может и не мечтать догнать лейбористов, которые уже начинают уходить вперед.
Вопрос главному редактору издания "Геополитика" Леониду Савину:
— Насколько серьезно настроен Дэвид Кэмерон? Чем может закончиться его финансовое противостояние с ЕС?
— Это продолжение той политики противостояния, которая складывалась последние несколько лет. Это вопрос не только финансовой дотации, а Британия вкладывает ежегодно 17 млрд евро в ЕС и получает взамен гораздо меньше. Это и другие вопросы. Миграционная политика и ряд других программ не устраивают Великобританию. И, я думаю, это будет одна из последних капель, которая переполнит чашу терпения. Скорее всего, это будет выражено в более прагматичном подходе к проведению референдума о выходе из ЕС. Он планировался на 2017 год, однако, как уже говорят в Британии, его нужно проводить уже в следующем, 2015 году.
— Может ли Кэмерон, в том числе и с помощью этого референдума, повторить Шотландию только уже на европейском уровне? Тоже угрожать выходом, чтобы в итоге добиться преференций.
— Такое вполне возможно. Но тут вопрос в более самостоятельной политике Британии. Потому что Кэмерон критикует дальнейшую централизацию ЕС. А сейчас мы наблюдаем именно такие тенденции внутри такой общей брюссельской корпоративной культуры.
— Если Британия все-таки выйдет из ЕС, что это будет означать для него?
— Я думаю, это будет первый шаг к возможному коллапсу этого надгосударственного образования. Другие члены могут последовать по пути Британии. В той или иной мере это будет прецедент.
Кэмерон ищет любой повод, чтобы выгодно отличиться перед британцами на еврофоне. Сначала он заявил о пересмотре миграционной политики внутри Евросоюза, чем вызвал чрезвычайное недовольство Ангелы Меркель. Свобода передвижения граждан ЕС – это один из китов, на которых он держится. Теперь взялся за финансовые основы.
При этом Кэмерон вовсе не хочет покидать Евросоюз. Его планы не выходят дальше переформатирования ЕС. Пусть даже по принципу оруэлловского "скотного двора", когда среди равных есть и те, что равнее. А нагнетание демарша для того и нужно, чтобы планам Лондона по перевоспитанию Евросоюза не было альтернативы. "Великобритании было бы лучше всего в реформированном ЕС, но за эти реформы придется сражаться. И нас ждут серьезные бои в Европе", — сказал Кэмерон в Лидсе. Последний раз Британии "кровь, пот и слезы" обещал Уинстон Черчилль. Это была, правда, Вторая мировая война. И он крепко стоял на ногах. Кэмерон после громких слов с трудом удержал равновесие, когда об него случайно споткнулся уличный бегун.