Автор Михаил Шейнкман
Сбитому над Украиной Боингу посмертно присвоили звание "геополитического события". Причем, судя по мгновенной реакции Киева и Запада, сделали это едва ли не до катастрофы. Формулировки оттуда звучат так, будто это только для России трагедия стала неожиданностью. Что касается остальных спикеров, то чем больше они говорят, тем меньше сомнений в том, что они уже сложили о ней свое мнение. Самые отъявленные из них, видимо, раньше, чем все это произошло. Их фонтан красноречия стал, пожалуй, наиболее сильной уликой против них самих. Гораздо более откровенной, чем развернутые в зоне поражения Боинга украинские "БУКи" или украинские же диспетчеры, по сути, загнавшие лайнер под огонь.
Все это еще надо доказывать. А заявления уже делают эти доказательства не существенными. Примитивные украинские подтасовки и подлоги спецслужб идут на ура, как видимость обеспечения хоть какого-нибудь алиби. Западу этого вполне хватает. Как сказал министр иностранных дел Британии, "ведь доказательств виновности Киева у нас нет".
Был у хунты умысел или нет, но катастрофа позволяет и ей, и Вашингтону решать сразу две задачи. Тактическую: пока мир в шоке — затопить юго-восток кровью и вернуть ситуацию под свой контроль. И стратегическую: натравить на Россию ЕС по полной программе третьего пакета санкций. Меркель с Олландом уже на грани. Их накручивают премьеры Британии и Австралии.
И в этом смысле, пожалуй, один из главных вопросов касается вовлеченности сильных мира сего в эту авиапровокацию. Если их используют в темную — это одно. Если они в деле осознанно — это страшно. Это значит — мир уже не изменить. Без войны. Эти несколько дней после трагедии практически уничтожили надежду на то, что это была случайность. Непредумышленность убийства тоже едва ли утешила бы родственников погибших. Но она не сулила бы еще более ужасные последствия. А они теперь кажутся неминуемыми.
Статистика киевских провокаций выходит на уровень апокалипсиса. Снайперы на Майдане начали с единиц. Мрази в Одессе жгли десятки. С Боингом перешли на сотни. После него количество убитых в Донбассе сопоставимо с цифрой авиакатастрофы. Но на мир это не производит никакого впечатления. Он шокирован исключительно крушением лайнера.
Миру надо было предъявить какое-либо подтверждение того, что ополченцы не могут справляться без России. Теперь все знают, что это так. Сбивали они самолет или нет, главное, что без России они бы этого не сделали. Что и требовалось доказать.
Хотя аргументация явно не дотягивает. Как не дотянули и сам Боинг до России. Упади он там, это был бы совсем иной геополитический эффект. Припомнили бы и корейский пассажирский самолет 1983 года, и Леха Качиньского под Смоленском. В случае падения у нас именно Россия не косвенно, а прямо отвечала бы и за расследование, и за трагедию. Впрочем, для США и их подручных, судя по их поспешности с выводами, и так все очень удачно сложилось. Их задача теперь раскрутить свою категоричность до реактивных оборотов, чтобы никакая правда, если она все же всплывет, уже не могла остановить процесс.
И, наверное, не просто так слова опережают следственные действия. Риторика подменяет профессиональный ажиотаж. Международные эксперты не рвутся во что бы то ни стало к месту падения. Добираются лишь на четвертые сутки. Что-то не слышно и о волнениях родственников. Их словно сознательно вычеркнули из информационного поля.
На фоне всего этого уже не выглядит странным то, что этот малайзийский Боинг перед вылетом застраховали на случай военных действий и терроризма. Хотя, учитывая опыт прежней потери, было бы логичней застраховаться от исчезновения. Кстати, одна из версий переполненного конспирологией интернета называет именно этот Боинг тем самым, что загадочно исчез в марте. Не там искали, настаивают сторонники теории заговора. Они уверяют, что все это время лайнер ждал своего рокового часа на одной из американских баз, а на Украину, мол, уже влетали трупы. При всей кажущейся абсурдности такого предположения в нем все же можно отыскать зловещий символизм. Украина, ведь, тоже, как малайзийский Боинг. В марте ее потеряли. В июле уже убили.