Автор Михаил Шейнкман
Грузию словно сглазили. Стране через месяц торжественно подписывать с ЕС соглашение об ассоциации и зоне свободной торговли, а она не выбирается из скандалов. Причем таких, которые могут стоить ей в том числе и международной репутации.
Республика все никак не успокоится от безволия правящих депутатов, так и не посмевших отнять у силовиков тотальный контроль телефонных переговоров. А уже выясняется, что он еще очень может пригодиться. И вип-персонам тоже. Если они не хотят друг друга слышать, то почему бы им друг друга не прослушать? Для чего же еще даже чрезвычайная сессия парламента не отважилась лишить спецслужбы неограниченных возможностей, оставленных им в наследство режимом Саакашвили. В этом смысле в Грузии сохранили американский стандарт демократии. Ведь там тоже главное — всех слушать. Даже если они этого не хотят.
Впрочем, президент Маргвелашвили и премьер Гарибашвили своих намерений не скрывают не только друг от друга, но и от публики. Первые лица, они никак не могут решить, кто из них первее должен присягнуть ЕС на верность. Это борьба статусов за место в истории. Маргвелашвили утверждает, что президент – это звучит гордо, а, стало быть, именно ему и ставить автограф под соглашением об ассоциации. Звук – ничто, тем более, пустой, отвечает Гарибашвили, козыряя перед главой государства своими конституционными полномочиями. Они у него, на самом деле, определяющие. Однако Основной Закон приоритет в визировании международных договоров отдает все же президенту. Правда, с поправкой “по согласованию с председателем правительства”. За нее-то и ухватился Гарибашвили и уже предупредил Брюссель, что 27 июня на церемонии подписания возглавлять делегацию Грузии будет именно он.
Однако эксперты не торопятся считать конфликт исчерпанным и предвидят его дальнейшее обострение. Оппозиция, та и вовсе злорадно называет ситуацию во власти “нездоровой”. На самом деле, отношения премьера с президентом, может быть, еще далеки от формата классического противостояния времен двоевластия Иванишвили и Саакашвили. Все-таки, и тот, и другой вышли из одного питомника. Но одноименные заряды Иванишвили, без него они по всем законам физики друг от друга стали отталкиваться. Поэтому битва за право первой подписи лишь красноречивая кульминация, но еще не финал.
Выглядит все это потешно. Но, может быть, ребячество первых лиц – это и есть предупреждение стране. Или даже недобрый знак. Пока лидеры бьются за свое место в истории, Грузия может его потерять. Соглашение с ЕС обрекает страну на аморфность. Евросоюз, как сказал глава еврокомиссии Баррозу, у себя ее не видит. Но и в Россию уже не пустит. Из зоны еще никто не уходил, хоть и свободной торговли. Для Запада это аргумент убедительный. Для Грузии – спорный. Она ведь не Запад. И никогда им не станет. Географию изменить нельзя. А страну можно. Если в память о ней оставить только название. И фамилию того, кто подписал ей такую судьбу.