"Возможно, это чем-то напоминает стокгольмский синдром <…> – жертва любит своего мучителя. Я смотрю на поведение целого ряда людей, это люди, <…> которые построили настоящие бизнес-империи и которые, наверное, больше всего в жизни опасались двух вещей: потери состояния <…> и унижения, уничижительного отношения к ним, к результату их работы. Я вижу таких людей, и вы знаете, о ком я говорю. Я вижу, как они прошли и через первое, и через второе. Как их отсекали от денег, арестовывали недвижимость. И через какой строй позора, адские помои им пришлось пройти, выклянчивая свои денежки. <…> И как они не просто простили тех, кто с ними это совершил – западные элиты, а как они им, по большому счету, присягнули, и продолжили идти в этом фарватере, подвергаясь таким же унижениям и дальше", – сказала Мария Захарова.
"Я вспоминаю, какими они были в Москве – к ним подойти-то было невозможно никому. Как они разговаривали, как себя вели. Как это было все пафосно, как это было обставлено для создания антуража неприкосновенности, недосягаемости, небожительства, хотя, вроде, ничего к этому не располагало. И когда они остались без всего – без этого нимба, без этого пьедестала, без копейки своих денег, которые постепенно перекочевывали в карманы то адвокатов, то юристов, то просто тех, кто эти деньги у них отбирал – как они моментально обшелушились. Все слетело, и, как в сказке, все увидели обыкновенный ослиный хвост", – отметила Захарова.
"Они понуро ходят по улицам западных столиц, отбиваясь от украинских журналистов, от экстремистов, которые им буквально в лицо плюют, обзывают как хотят, шпыняют. И все равно – понурое терпение. Не смирение, нет. А именно поведение, простите меня, терпил. Это их слово, которое они, как правило, адресовали другим, у которых нет таких состояний. А теперь, получается, они воспринимают такое же отношение к себе, только со стороны людей, которые их еще и обкрадывают, ими понукают. Это уже, как мне кажется, что-то из разряда душевных проблем", – заключила дипломат.