https://radiosputnik.ru/20220927/1819736315.html
Траур в Ижевске, "Северные потоки", кризис в Иране, референдумы в Донбассе
Траур в Ижевске, "Северные потоки", кризис в Иране, референдумы в Донбассе - Радио Sputnik, 27.09.2022
Траур в Ижевске, "Северные потоки", кризис в Иране, референдумы в Донбассе
Причины и последствия трагедии в школе Ижевска, неисправности трубопроводов "Северных потоков", массовые протесты в Иране, ход референдумов на освобожденных... Радио Sputnik, 27.09.2022
2022-09-27T09:04:00+03:00
2022-09-27T09:04:00+03:00
2022-09-27T12:03:00+03:00
в эфире
подкасты – радио sputnik
изолента live
ирина волынец
иран
вооруженные силы украины
высшая школа экономики (вшэ)
https://cdn.radiosputnik.ru/images/07e6/09/1b/1819736227_0:0:1280:720_1920x0_80_0_0_20283aff6cb5eed502c4a9af8333ddcf.jpg
Траур в Ижевске, "Северные потоки", кризис в Иране, референдумы в Донбассе
Причины и последствия трагедии в школе Ижевска, неисправности трубопроводов "Северных потоков", массовые протесты в Иране, ход референдумов на освобожденных территориях и провокации ВСУ, психологическая поддержка граждан во время частичной мобилизации - об этом и не только в программе "ИЗОЛЕНТА live" c Петром Лидовым и Трофимом Татаренковым.
Гости эфира:
- Ирина Волынец, Уполномоченный по правам ребенка в Республике Татарстан, лидер Национального родительского комитета;
- Владимир Демидов, эксперт международного рынка ресурсов и энергетики;
- Турал Керимов, советник медиагруппы "Россия Сегодня";
- Дмитрий Никотин, политолог;
- Елена Леонтьева, психолог;
- Ангелина Картунова, член Экспертного клуба "Дигория".
Ирина Волынец: проблема (стрельбы в школах – прим) имеет множество причин, мы можем прямо по пунктам их с вами перечислить. Началась история в 1999 году со школы "Колумбайн"*. И в Америке же это был не первый массовый расстрел, в американских школах были уже такие случаи. Раньше в медиапространство эти истории не выходили. Соответственно, именем нарицательным данное явление стало с момента, когда СМИ стали обсуждать, показывать, рассказывать, а репортеры одновременно с полицией тогда были в этой школе. И самое ужасное, что смаковались абсолютно все подробности происходящего.
Владимир Демидов (о технических проблемах на "Северных потоках" – прим): ситуация очень сложная, это можно было заметить по тому, как вчера ресурсы новостные практически молчали, просто заявили о том, что произошла утечка на газопроводах. И никакой информации. Нужно сказать, что во всех трубах "Северного потока" – и первого, и второго – всегда был газ, несмотря на то что они не работали, как заявлялось. Это требовалось с той целью, чтобы внутри не происходила коррозия труб. И вчера, как мы узнали, за ночь давление упало на огромную величину. Сразу скажу, что такое невозможно, если, допустим, в трубе или в сварном шве есть свищ – небольшое отверстие. Труба бы свистела, газ уходил, но давление бы не падало. В этой ситуации очевидно, что с трубой что-то не так, отверстие очень большое. Было страшно предполагать, какие причины могут быть, но вот уже сегодня немецкие газеты заявляют о том, что есть версия, что произошла диверсия на этих газопроводах. И это самый негативный сценарий.
Турал Керимов: первые дни протест в Иране был достаточно мирным. Большей частью протестующих были женщины, которые снимали с себя хиджабы, платки, сжигали их на кострах. Митинги возникали в разных городах, они были незначительными, но достаточно яркими. И через несколько дней протесты вылились в столкновения между демонстрантами и полицейскими. Женщин как таковых среди протестующих стало гораздо меньше, и лозунги стали политическими. Сначала лозунг был "Женщина. Жизнь. Свобода", потом он перерос в "Свободный Иран". Лозунги перешли в совершенно друге качество.
Дмитрий Никотин: я бы не сказал, что в период референдумов ВСУ предприняли какие-то полномасштабные попытки наступления, что очень странно. Потому что, представьте: у вас есть информация, что в России идет мобилизация, вы должны прекрасно понимать, что через два месяца, плюс-минус, мобилизованные усилят в любом случае те силы, которые и так участвуют в операции. Конечно же, это должно вас вынуждать на действие. При этом есть концентрация сил на запорожском направлении, на херсонском, они же никуда не исчезли. При этом никаких прорывов делать не стали. Тут ответов два: либо нет сил для наступления, либо нет политического решения это наступление осуществлять.
Елена Леонтьева: мы говорили, когда встречались полгода назад, что ситуация кардинально изменится, когда это затронет каждую семью. Когда будет мобилизация, понятно, что невозможно будет больше игнорировать реальность, а мы неплохо научились вообще-то. Огромная часть людей за последние полгода поставила ситуацию в какую-то такую "коробочку", которую предпочитала никак к себе не относить. И шок во многом связан с тем, что эта защита психологическая – игнорирование – рухнула в один момент.
Ангелина Картунова (об атмосфере среди студентов на фоне частичной мобилизации и об отношении к СВО – прим): так или иначе, позиции разные: есть те, кто активно поддерживает, есть те, кто не поддерживает. Но мне кажется, что основным таким явлением, которое характерно и для тех, и для других, является страх. Это опасение за себя, в первую очередь, опасение за свою семью. Потому что так или иначе любые боевые действия – это очень опасно и страшно. И у студентов моральное состояние у всех очень тревожное. На многих факультетах открылись станции предоставления психологической помощи как студентам, так и их близким, родственникам, например, у нас в НИУ ВШЭ, да и в МГУ они тоже присутствуют. Потому что в такой ситуации, какую бы политическую позицию ты не занимал, ты обязательно должен получить поддержку, помощь, для того чтобы продолжать дальше как-то двигаться, развиваться.
*Движение признано террористическим и запрещено в России.
audio/mpeg
Траур в Ижевске, "Северные потоки", кризис в Иране, референдумы в Донбассе
Причины и последствия трагедии в школе Ижевска, неисправности трубопроводов "Северных потоков", массовые протесты в Иране, ход референдумов на освобожденных территориях и провокации ВСУ, психологическая поддержка граждан во время частичной мобилизации - об этом и не только в программе "ИЗОЛЕНТА live" c Петром Лидовым и Трофимом Татаренковым.
Гости эфира:
- Ирина Волынец, Уполномоченный по правам ребенка в Республике Татарстан, лидер Национального родительского комитета;
- Владимир Демидов, эксперт международного рынка ресурсов и энергетики;
- Турал Керимов, советник медиагруппы "Россия Сегодня";
- Дмитрий Никотин, политолог;
- Елена Леонтьева, психолог;
- Ангелина Картунова, член Экспертного клуба "Дигория".
Ирина Волынец: проблема (стрельбы в школах – прим) имеет множество причин, мы можем прямо по пунктам их с вами перечислить. Началась история в 1999 году со школы "Колумбайн"*. И в Америке же это был не первый массовый расстрел, в американских школах были уже такие случаи. Раньше в медиапространство эти истории не выходили. Соответственно, именем нарицательным данное явление стало с момента, когда СМИ стали обсуждать, показывать, рассказывать, а репортеры одновременно с полицией тогда были в этой школе. И самое ужасное, что смаковались абсолютно все подробности происходящего.
Владимир Демидов (о технических проблемах на "Северных потоках" – прим): ситуация очень сложная, это можно было заметить по тому, как вчера ресурсы новостные практически молчали, просто заявили о том, что произошла утечка на газопроводах. И никакой информации. Нужно сказать, что во всех трубах "Северного потока" – и первого, и второго – всегда был газ, несмотря на то что они не работали, как заявлялось. Это требовалось с той целью, чтобы внутри не происходила коррозия труб. И вчера, как мы узнали, за ночь давление упало на огромную величину. Сразу скажу, что такое невозможно, если, допустим, в трубе или в сварном шве есть свищ – небольшое отверстие. Труба бы свистела, газ уходил, но давление бы не падало. В этой ситуации очевидно, что с трубой что-то не так, отверстие очень большое. Было страшно предполагать, какие причины могут быть, но вот уже сегодня немецкие газеты заявляют о том, что есть версия, что произошла диверсия на этих газопроводах. И это самый негативный сценарий.
Турал Керимов: первые дни протест в Иране был достаточно мирным. Большей частью протестующих были женщины, которые снимали с себя хиджабы, платки, сжигали их на кострах. Митинги возникали в разных городах, они были незначительными, но достаточно яркими. И через несколько дней протесты вылились в столкновения между демонстрантами и полицейскими. Женщин как таковых среди протестующих стало гораздо меньше, и лозунги стали политическими. Сначала лозунг был "Женщина. Жизнь. Свобода", потом он перерос в "Свободный Иран". Лозунги перешли в совершенно друге качество.
Дмитрий Никотин: я бы не сказал, что в период референдумов ВСУ предприняли какие-то полномасштабные попытки наступления, что очень странно. Потому что, представьте: у вас есть информация, что в России идет мобилизация, вы должны прекрасно понимать, что через два месяца, плюс-минус, мобилизованные усилят в любом случае те силы, которые и так участвуют в операции. Конечно же, это должно вас вынуждать на действие. При этом есть концентрация сил на запорожском направлении, на херсонском, они же никуда не исчезли. При этом никаких прорывов делать не стали. Тут ответов два: либо нет сил для наступления, либо нет политического решения это наступление осуществлять.
Елена Леонтьева: мы говорили, когда встречались полгода назад, что ситуация кардинально изменится, когда это затронет каждую семью. Когда будет мобилизация, понятно, что невозможно будет больше игнорировать реальность, а мы неплохо научились вообще-то. Огромная часть людей за последние полгода поставила ситуацию в какую-то такую "коробочку", которую предпочитала никак к себе не относить. И шок во многом связан с тем, что эта защита психологическая – игнорирование – рухнула в один момент.
Ангелина Картунова (об атмосфере среди студентов на фоне частичной мобилизации и об отношении к СВО – прим): так или иначе, позиции разные: есть те, кто активно поддерживает, есть те, кто не поддерживает. Но мне кажется, что основным таким явлением, которое характерно и для тех, и для других, является страх. Это опасение за себя, в первую очередь, опасение за свою семью. Потому что так или иначе любые боевые действия – это очень опасно и страшно. И у студентов моральное состояние у всех очень тревожное. На многих факультетах открылись станции предоставления психологической помощи как студентам, так и их близким, родственникам, например, у нас в НИУ ВШЭ, да и в МГУ они тоже присутствуют. Потому что в такой ситуации, какую бы политическую позицию ты не занимал, ты обязательно должен получить поддержку, помощь, для того чтобы продолжать дальше как-то двигаться, развиваться.
*Движение признано террористическим и запрещено в России.
audio/mpeg
иран
ижевск
россия
донбасс
Радио Спутник
internet-group@rian.ru
7 495 645-6601
ФГУП МИА «Россия сегодня»
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
2022
Радио Спутник
internet-group@rian.ru
7 495 645-6601
ФГУП МИА «Россия сегодня»
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
Новости
ru-RU
https://radiosputnik.ru/docs/about/copyright.html
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Радио Спутник
internet-group@rian.ru
7 495 645-6601
ФГУП МИА «Россия сегодня»
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
Радио Спутник
internet-group@rian.ru
7 495 645-6601
ФГУП МИА «Россия сегодня»
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
Радио Спутник
internet-group@rian.ru
7 495 645-6601
ФГУП МИА «Россия сегодня»
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
в эфире, подкасты – радио sputnik, аудио, ирина волынец, иран, вооруженные силы украины, высшая школа экономики (вшэ), северный поток, ижевск, турал керимов, россия, донбасс
В эфире, Подкасты – Радио Sputnik, ИЗОЛЕНТА live, Ирина Волынец, Иран, Вооруженные силы Украины, Высшая школа экономики (ВШЭ), Северный поток, Ижевск, Турал Керимов, Россия, Донбасс
Причины и последствия трагедии в школе Ижевска, неисправности трубопроводов "Северных потоков", массовые протесты в Иране, ход референдумов на освобожденных территориях и провокации ВСУ, психологическая поддержка граждан во время частичной мобилизации - об этом и не только в программе "ИЗОЛЕНТА live" c Петром Лидовым и Трофимом Татаренковым.
- Ирина Волынец, Уполномоченный по правам ребенка в Республике Татарстан, лидер Национального родительского комитета;
- Владимир Демидов, эксперт международного рынка ресурсов и энергетики;
- Турал Керимов, советник медиагруппы "Россия Сегодня";
- Дмитрий Никотин, политолог;
- Елена Леонтьева, психолог;
- Ангелина Картунова, член Экспертного клуба "Дигория".
Ирина Волынец: проблема (стрельбы в школах – прим) имеет множество причин, мы можем прямо по пунктам их с вами перечислить. Началась история в 1999 году со школы "Колумбайн"*. И в Америке же это был не первый массовый расстрел, в американских школах были уже такие случаи. Раньше в медиапространство эти истории не выходили. Соответственно, именем нарицательным данное явление стало с момента, когда СМИ стали обсуждать, показывать, рассказывать, а репортеры одновременно с полицией тогда были в этой школе. И самое ужасное, что смаковались абсолютно все подробности происходящего.
Владимир Демидов (о технических проблемах на "Северных потоках" – прим): ситуация очень сложная, это можно было заметить по тому, как вчера ресурсы новостные практически молчали, просто заявили о том, что произошла утечка на газопроводах. И никакой информации. Нужно сказать, что во всех трубах "Северного потока" – и первого, и второго – всегда был газ, несмотря на то что они не работали, как заявлялось. Это требовалось с той целью, чтобы внутри не происходила коррозия труб. И вчера, как мы узнали, за ночь давление упало на огромную величину. Сразу скажу, что такое невозможно, если, допустим, в трубе или в сварном шве есть свищ – небольшое отверстие. Труба бы свистела, газ уходил, но давление бы не падало. В этой ситуации очевидно, что с трубой что-то не так, отверстие очень большое. Было страшно предполагать, какие причины могут быть, но вот уже сегодня немецкие газеты заявляют о том, что есть версия, что произошла диверсия на этих газопроводах. И это самый негативный сценарий.
Турал Керимов: первые дни протест в Иране был достаточно мирным. Большей частью протестующих были женщины, которые снимали с себя хиджабы, платки, сжигали их на кострах. Митинги возникали в разных городах, они были незначительными, но достаточно яркими. И через несколько дней протесты вылились в столкновения между демонстрантами и полицейскими. Женщин как таковых среди протестующих стало гораздо меньше, и лозунги стали политическими. Сначала лозунг был "Женщина. Жизнь. Свобода", потом он перерос в "Свободный Иран". Лозунги перешли в совершенно друге качество.
Дмитрий Никотин: я бы не сказал, что в период референдумов ВСУ предприняли какие-то полномасштабные попытки наступления, что очень странно. Потому что, представьте: у вас есть информация, что в России идет мобилизация, вы должны прекрасно понимать, что через два месяца, плюс-минус, мобилизованные усилят в любом случае те силы, которые и так участвуют в операции. Конечно же, это должно вас вынуждать на действие. При этом есть концентрация сил на запорожском направлении, на херсонском, они же никуда не исчезли. При этом никаких прорывов делать не стали. Тут ответов два: либо нет сил для наступления, либо нет политического решения это наступление осуществлять.
Елена Леонтьева: мы говорили, когда встречались полгода назад, что ситуация кардинально изменится, когда это затронет каждую семью. Когда будет мобилизация, понятно, что невозможно будет больше игнорировать реальность, а мы неплохо научились вообще-то. Огромная часть людей за последние полгода поставила ситуацию в какую-то такую "коробочку", которую предпочитала никак к себе не относить. И шок во многом связан с тем, что эта защита психологическая – игнорирование – рухнула в один момент.
Ангелина Картунова (об атмосфере среди студентов на фоне частичной мобилизации и об отношении к СВО – прим): так или иначе, позиции разные: есть те, кто активно поддерживает, есть те, кто не поддерживает. Но мне кажется, что основным таким явлением, которое характерно и для тех, и для других, является страх. Это опасение за себя, в первую очередь, опасение за свою семью. Потому что так или иначе любые боевые действия – это очень опасно и страшно. И у студентов моральное состояние у всех очень тревожное. На многих факультетах открылись станции предоставления психологической помощи как студентам, так и их близким, родственникам, например, у нас в НИУ ВШЭ, да и в МГУ они тоже присутствуют. Потому что в такой ситуации, какую бы политическую позицию ты не занимал, ты обязательно должен получить поддержку, помощь, для того чтобы продолжать дальше как-то двигаться, развиваться.
*Движение признано террористическим и запрещено в России.
Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале. 
