Громкое дело "Клуба червонных валетов"

Двадцать пятого апреля 1842 года родился Федор Никифорович Плевако – самый выдающийся из адвокатов, которых знала Россия. Когда кому-то нужен был хороший адвокат, способный оправдать ("оправить", по тогдашней терминологии), говорили: "буду искать себе Плеваку".

Плевако, в частности, защищал одного из фигурантов громкого процесса по делу "Клуба червонных валетов", проходившего в Москве в 1877 году.

Шайка мошенников, взявшая название из популярного тогда романа "Похождения Рокамболя" французского писателя Пьера Понсон дю Террая, действовала в Москве и "гастролировала" в Петербурге, Туле, Тамбове и Нижнем Новгороде.

Основными действующими лицами были Шпейер, Давидовский, Массари, Меерович, Протопопов, Дмитриев-Мамонов. Аристократы и мещане. По национальности – русские, немцы, поляки, армяне, евреи. Главой "Клуба червонных валетов" "избрали" Павла Карловича Шпейера – сына артиллерийского генерала. На его счету уже тогда было несколько афер. Например, он работал кассиром в небольшом банке, когда в нем обналичили большую сумму по подложному векселю. Из-за этого банк лопнул. Шпейер находился в числе подозреваемых, но улик против него не было. Шпейер и стал основным "мозговым центром" "червонных валетов".

Во время суда выяснилось, что "валеты" совершили около 60 преступлений. Среди них: 23 аферы с подложными векселями, 12 – с фальшивыми казенными нотариальными бумагами, 14 вовлечений в невыгодную сделку и столько же краж с подобранными ключами. Было доказано, что в общей сложности "червонные валеты" похитили порядка 280 тысяч рублей.

Среди их громких дел – незаконное получение наследства. В сеть "валетов" попался молодой московский купец Еремеев, которого они споили. Еремеев подписал долговые расписки, которые тут же удостоверил входивший в шайку нотариус. Вскоре Еремеев умер от белой горячки. А его 150-тысячное состояние исчезло.

Еще одну классическую аферу "червонные валеты" провернули с почтовыми посылками. Суть операции состояла в том, что посылались пустые или набитые мусором посылки, которые были застрахованы на внушительные суммы как ценные, например, с меховыми изделиями. Реальных адресатов не существовало, а страховки подтверждались распиской от страховой компании. Такой документ ходил наравне с векселями, поэтому документы можно было достаточно легко обналичить. Афера вскрылась после того, как перевозчики начали вскрывать посылки, за которыми не явились получатели. И нашли в них какое-то ненужное барахло.

"Червонные валеты" также занимались производством и сбытом фальшивых банковских билетов, вымогательством. Было даже убийство своего же члена шайки, правда, при столь путанных обстоятельствах, что его участники понесли минимальные наказания.

По делу "червонных валетов" осудили 26 человек, еще 19 оправдали. Все получили маленькие сроки, никто даже на каторгу не попал. Впрочем, это не удивительно: "валетов" защищали лучшие адвокаты империи, среди которых были, как уже говорилось, Федор Никифорович Плевако, а также Александр Владимирович Лохвицкий. Он известен не только своими адвокатскими подвигами, но и как отец трех детей, оставивших заметный след в отечественной истории. Николай Лохвицкий – генерал-лейтенант, видный участник Белого движения. Надежда Лохвицкая более известна как Тэффи – остроумная сочинительница юмористических рассказов. А ее сестра Мария стала известной поэтессой, писавшей под псевдонимом Мирра Лохвицкая...

Плевако особенно добивался того, чтобы вывести своего подзащитного Либермана из "шайки", создать ему образ преступника-одиночки. Еще бы! За участие в ОПГ срок и тогда давали гораздо бóльший! Плевако краснобайствовал: "Совокупность преступлений и соучастие в них определяется связью лиц и фактов, но ни того, ни другого между большинством разбираемых ныне дел не существует. Не говоря уже о том, что из числа подсудимых более трети обвиняются только в совершении какого-либо одного преступления, что общего может быть между Эрнестом Либерманом и рязанским купцом Фирсовым? Между Башкировой и Эрганьянцем? Или между Мазуриным и Верещагиным?"...

А Павел Шпейер и вовсе скрылся от правосудия. О нем ходило много слухов и легенд. Гиляровский писал, что когда в суде был прочитан приговор "червонным валетам", "из залы заседания вышел почтенный, профессорского вида, старик, сел на лихача, подозвал городового, передал ему конверт, адресованный на имя председателя суда, и уехал. В конверте оказалась визитная карточка Шпейера, и на ней написано карандашом: "Благодарю за сегодняшний спектакль. Я очень доволен. Шпейер".

Но на самом деле Шпейер был судим, но оправдан и после суда уехал в Париж, где и кончил свои дни. С ним связана еще одна любопытная история, баснословная, но достаточно остроумная. Ее поведал все тот же Гиляровский в книге "Москва и москвичи".

Шпейер, под видом богатого помещика, был вхож на балы к московскому генерал-губернатору князю Владимиру Андреевичу Долгорукову, при первом же знакомстве очаровал старика своей любезностью, а потом бывал у него на приеме, в кабинете, и однажды попросил разрешения показать генерал-губернаторский дом <хорошо знакомое всем здание мэрии > своему знакомому, приехавшему в Москву английскому лорду. Князь разрешил, и на другой день Шпейер привез лорда, показал, в сопровождении дежурного чиновника, весь дом, – двор и даже конюшни и лошадей. Чиновник молчаливо присутствовал, так как ничего не понимал по-английски. Дня через два, когда Долгоруков отсутствовал, у подъезда дома остановилась подвода с сундуками и чемоданами, следом за ней в карете приехал лорд со своим секретарем-англичанином и приказал вносить вещи прямо в кабинет князя… Вышел форменный скандал. Англичанин доказывал, что это его собственный дом, что он купил его у владельца, дворянина Шпейера, за 100 тысяч рублей со всем инвентарем и приехал в нем жить. В доказательство представил купчую крепость, заверенную у нотариуса, по которой и деньги уплатил сполна.

Как разделались с англичанином – осталось неизвестным. Выяснилось, что была устроена на один день фальшивая контора нотариуса, где и произошла продажа дома...

Скандал, конечно, замяли. Впрочем, исследователи сомневаются в подлинности этой истории. Но, тем не менее, "Клуб червонных валетов" оставил заметный след в криминальной истории Российской империи XIXвека. И самое интересное: публика довольно благосклонно отнеслась к этим аферистам и мошенникам. Салтыков-Щедрин выразил общественное мнение одной фразой: "Червонный валет хоть и вор, но это отнюдь не мешает ему быть обворожительным молодым человеком".

Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале.